6
0Ведь помимо этого мне ещё нужно восстанавливать дороги и разрушенные города.
— К чему ты всё это мне говоришь?
— Не торопись, сейчас я подойду к самому главному. Я пытался сказать, что война сильно ослабила род Нарышкиных. Сейчас из волка я превратился в овцу, за которой в любую минуту могут прийти мои старые товарищи. — Он сделал ещё глоток из горла. — И вот мы перешли к главному. Ты уже понял, что я хотел тебе сказать? — Я отрицательно покачал головой. — Я отдаю тебе технику, чтобы, когда на тебя нападут, ты смог дольше продержаться.
— Так себе благодарность за спасение твоей дочери, — с презрением в голосе ответил я."
"— Сердишься? — усмехнулся он. — Но если ты хорошенько подумаешь, то, кроме денег, я тебе ничего не должен! Триста тысяч уже сегодня переведут тебе на счёт. И я не был обязан отдавать тебе технику. — Он вновь присосался к бутылке. — Просто, я тебе рассказал для чего тебе её отдаю. Хочешь отказаться? Пожалуйста! Но это не изменит того, что теперь ты на равных правах с другими дворянскими родами. Император не вправе больше защищать тебя. Скоро шумиха вокруг тебя в СМИ закончится, и на тебя нападут. Великие рода не оставят тебя в покое.
Нарышкин сильно надрался за каких-то пару минут. «А ведь он мог в любой момент себя отрезвить, — подумал я. — Всё ясно, ему просто нужно создавать такой образ». Как бы «я сказал лишнего… простите… я был пьян».
Выйдя из палатки, я не прошёл и пары метров, как мне навстречу попался Баринов. Увидев меня, он пошёл в мою сторону.
— Ивану стало хуже. Мне позвонила его мать… Она говорит надо… — сдерживая слёзы, — попрощаться. Ты со мной?
— Да, — тут же ответил я.
Глава 20
— Стас, — обратился я к Баринову, — почему не телепортировать сюда Бессмертных? Разве они не могут снять своё собственное проклятие?
— Думаешь ты один такой умный? — спросил он, с гневом посмотрев мне в глаза. Но не прошло и секунды. — Извини. Я сильно на нервах. Первым делом я собирался привести Бессмертных, чтобы они исцелили Ивана. Однако все как один сказали, что не могут.
— Почему?
— Проклятие придумал Кощей. Они не понимают, как оно действует. Я отдал книгу, в которой оно описывалось, моим аналитикам, но они ничего не могут понять. Оно написано на другом языке.
— А как тогда Бессмертные его использовали?
— Тупо заучили конструкт.
— Можешь его показать?
— Слушай, — остановился он, — я знаю, что ты парень умный, но над разгадкой этого проклятия работают лучшие умы Российской империи. Думаешь ты справишься лучше?
Я пожал плечами. Говорить про Селесту Баринову я не собирался. Если не хочет, то его дело. К тому же я помнил про то, что дух гримуара упоминала про один сто процентный вариант избавления от проклятий.
Нас с Иваном нельзя было назвать друзьями. Знакомыми, да.
