9
0
Зло усмехнувшись, он схватился за мою вторую руку, приставил к блокиратору какую-то пластину, и тот открылся. Сила нахлынула волной. Я глубоко вздохнула, зашаталась и осела на пол, не в состоянии устоять на дрожащих ногах.
— Слушай мой приказ… Анжелин, — Генри грубо поддел мой подбородок пальцами, заставляя смотреть в его глаза. — Ты не посмеешь бежать, ты сделаешь всё, чтобы спасти моего сына. Поняла?
Сознание будто защекотало, но ментальные щупы почти сразу развеялись. Татуировка действовала, и Генри о ней не знал.
— Поняла. Слушаюсь. Мне… мне понадобятся ингредиенты.
— Тебе всё доставят, — он отпустил меня и выпрямился. — Морган, обеспечь её всем необходимым, слушайся её во всём. Только она может спасти Ричарда.
Нет, я могла спасти его сутки назад, но правда обернётся для меня смертным приговором.
— Приступайте, — Генри стремительным шагом покинул спальню.
— Вы… как? — целитель, судя по всему, Морган, приблизился и подал мне руку.
— Мне только что угрожали пытками, — напомнила я ему, но от помощи не стала отказываться.
Пока не знала, чего от него ждать. Он не позволил Генри меня ударить. Но пока неизвестно, проявление ли это заботы или стремление исключить потерю времени.
— Мистер Рамси сообщил, что вы в состоянии вылечить отравление ядом порождений…
— Да, — подтвердила я, вновь взглянув на Ричарда.
В глубине души жалость соперничала по силе с чувством вины. Я лекарь, всю жизнь стремилась спасать жизни, но ситуация сложилась так, что мне пришлось защищаться, и это вылилось в потерю контроля. Но как бы ни было сложно понимать, что из-за меня кто-то погибнет, нельзя позволять себе тонуть в чувстве вины. Ричард бы меня не пожалел, как не пожалеет его отец.
— Это правда, вы Андервуд? Анжелин Андервуд? — снова обратился ко мне целитель.
— Теперь меня зовут Джослин, — чересчур резко качнула я головой. — Предлагаю приступить. Я продиктую список ингредиентов.
— Я запишу, — спохватился он.
Морган вскоре ушёл выполнять моё поручение. Вместо него в помещение вошли двое охранников. Но их я тут же отчитала, напомнив, что одета лишь в сорочку. Один из них был вынужден отправиться на поиски одежды для меня, второй же потом стоял лицом к стене, лишь временами поглядывая в мою сторону. Я же приступила к осмотру больного."
"Интересно, что этот момент вызвал меньше душевных терзаний, чем лечение Шейна. Наверное, потому, что Ричард просто был неприятен. Я опасалась его действий, злилась из-за создания им этой элитной группы скоростного обучения и риска отправиться на передовую через год, ну и просто недолюбливала его за попытку выведать мои тайны. А Шейн слился с моим самым большим страхом, став его частичным воплотившимся образом.
