Газонокосильщик

— Он просто сказал, вы пожали плечики, собрали яйца в кулачок, развернулись и уехали? Или вы просто яйца дома оставили? Под юбкой ваших подружек? Может тогда мне их оправить к Тони? Вы идиоты или прикидываетесь? — понемногу зверел Джимми.

— Да мы… — растерянно пробормотал Бак, здоровый, плечистый мужик лет сорока, больше походивший сейчас на обиженного ребёнка или побитую собаку, а не на грозного байкера.

— Заткнись! Я не закончил! — рявкнул хозяин бара. — Когда этого мудака каждую неделю трясли латиносы, выносили у него кассу и били ему технику, он почему-то не говорил, что не хочет платить и просил у нас защиты и помощи! Он, сука, сам приходил в этот самый бар, если ты не помнишь, и ныл здесь у стойки, — Джимми ткнул пальцем в сторону. — Ни итальяшки, ни местные копы, ни частная охрана не хотели даже соваться туда. А теперь, когда мы отбили его от латиносов, когда он стал нормально зарабатывать и не попадать раз месяц в больничку, он решил, что не хочет платить? И вы мне это говорите? Не знаю, кто из вас охерел больше — вы двое или Тони.

— Но Джимми… — развёл руками в стороны Джо. — Что мы должны были сделать? Он грозился вызвать копов. У меня условка, у Бака малой месяц назад родился…

— Oh, for fuck’s sake! — обречённо закатил глаза под лоб Джимми. — Что вы тогда здесь делаете? С условкой и ребёнком? Девок по пьяни щупаете? Идите работать в пляжный патруль или в сраные доставщики пиццы!

— Прости, Джимми… — неприязненно покосился на меня Джо, словно это я был виновником их бед.

— Вот именно поэтому в этот раз с вами поедет Алекс. И он за старшего! Только попробуйте мне что-то там выкинуть!

— Да, босс… — дружно произнесли байкеры.

— Всё, валите нахрен! — раздражённо махнул Джимми рукой в сторону выхода. — Ты тоже, Алекс! Нехрен здесь штаны протирать… Посмотрим, как ты выкрутишься в этот раз, — усмехнулся бармен…

* * *Мы припарковали байки на тротуаре, парни хмуро кивнули в сторону одноэтажного здания, зажатого между магазином автозапчастей и парикмахерской, и двинулись к неприметной серой двери в полуподвальное помещение, с табличкой «Вход только для сотрудников».

Спустились по обшарпанным, затёртым от времени ступеням, вошли внутрь букмекерской конторы Тони Карлуччи и замерли на пороге, давая глазам привыкнуть к полутьме помещения, а носу к стойкому запаху дешёвых сигар и разогретой на скорую руку пиццы.

Я успел разглядеть пару столов, несколько экранов с трансляцией скачек и бокса, три игровых автомата слева у стены и стойку для приёма ставок справа.

За стойкой восседал сам Тони Карлуччи, если это был он, конечно. Толстый, лысеющий итальянец лет пятидесяти, в явно дорогом, сшитом на заказ, но мятом полосатом костюме, с толстой золотой цепью на волосатой груди и широкой ухмылкой на лице.