Глава 7: Маяк
То, что происходило дальше, можно было сравнить с работой высококлассного хирурга, оперирующего пациента, находящегося на грани гибели. Когда каждое неверное движение может привести к летальному исходу, но при этом медлить тоже нельзя, чтобы как можно скорее вырезать заразу и спасти больного.
Правда, в отличие от гипотетического хирурга целью Алекса было не спасение, а уничтожение отряда гашварнцев как боеспособной единицы. В данном случае птицеподобные были опухолью, которую он резал на части, а в качестве инструмента использовал новый навык.
Положение сильно осложнялось нехваткой энергии, поэтому каждый «надрез» необходимо было обдумать, тщательно взвесить все за и против… Иначе, если вместо одного большого отряда он получит, например, пяток мелких, но шустрых групп, способных путешествовать сквозь Марь, то враги однозначно вырвутся и предупредят сородичей о нависшей над ними опасности.
«Так, этих пока не трогаю, тут надо зайти слева, а вон тех оставлю на потом…» — мысленно бормотал Алекс, примеряясь, с какой стороны сподручнее ударить и сильно жалея, что энергия так медленно набирается в озеро.
Но условия были такие, какие были, поэтому пришлось адаптировать навык, так сказать, на лету. Нужно было как можно больше сузить «хлыст» из ветвящихся молний. Только в этом случае умение гарантированно прокладывало просеку в толпе противников длиной аж до трехсот метров, что было невероятно выгодным вложением оставшихся скудных резервов.
Если же молнии сильно разветвлялись, то в просеке появлялись выжившие, а этого никак нельзя было допустить. Враги должны были верить, что их убийца всемогущ, а смерть — неизбежна.
Поэтому лучше меньше да лучше!
Для этого он по максимуму сузил хлыст молний, пока не добился положения, при котором ширина просеки составляла не более пяти метров. Этого хватало для гарантированного уничтожения всех гашварнцев.
Тем не менее пришлось изрядно потрудиться, поскольку навык оказался куда более сложным в управлении, чем, например, обычные Лезвия.
Так например, на третьем ударе, вместо длинной линии молнии вдруг заполнили пятидесятиметровую сферу вокруг хозяина, причем большая часть ушла в молоко, то есть в воздух и под землю.









