1
0
Клетка напоминала огромный многоугольник. Углов было столько, что издалека они сливались в шар. Он же контролировал лишь ближайшие пятьсот пятьдесят метров в каждую сторону, что в итоге давало сферу диаметром более километра.
Меньше, чем клетка, но тоже немало!
К счастью, враги решили подсобить землянину, разом кинувшись вперед. Удобно. Не надо за ними гоняться по всему пространству.
Чтобы хоть немного нейтрализовать холод, он заполнил сферу Восприятия огнем. В процессе заполнения выяснил, что после усиления навык за счет прямого воздействия на энергию сильно ослаблял ледяной фон.
Отлично! Этим он выгадает себе немного дополнительного времени.
Глядя на приближающихся врагов, Алекс влил в копье заряд энергии и кинулся вперед…
* * *В черепе Хотта билась одна единственная мысль. Откуда у землянина столько сил?
Ответа не было!
— Хотт, он нас всех перебьет, — прокричал сбоку Истуар — его старый товарищ. Проводник. Три луча. Одиннадцатый уровень. Прекрасный боец, который может легко выстоять против адепта даже двенадцатого уровня. Но, очевидно, не против непонятного землянина…
В Школу ледяных игл они попали в один год и с самого начала держались вместе.
— Держись. Этот выродок долго не протянет, — прорычал офицер.
Чвах!
Голова Истуара взорвалась, славно перезрелый овощ…
За последнюю четверть минуты напряженного боя, враг уничтожил четверых его бойцов. Огромные потери! Однако ни Хотт ни его товарищи не побежали.
Гордость не позволила, да и смысла не было!
В этом месте землянин явно лучше ориентируется и не даст им добраться до Червя, а вера в мастеров Митточа угасла сама собой.
Несмотря на потери, до самого конца офицер не верил в проигрыш. Все надеялся, что вот-вот землянин ослабеет и упадет. Ну не так ведутся бои между адептами их стадии… не так молниеносно. Обычно противники исследуют защиту друг друга, пытаются подавить, блокировать… А не подлетают и не уничтожают с одного удара.
Нет, разумеется, когда разница велика, то старший без затей уничтожает младшего.
"Однако, землянину, очевидно, об этом не сказали, поскольку тот скакал, словно его ничто не сдерживает, а вот к нему самому нельзя было приблизиться — он постоянно ускользал… если только не атаковал и не убивал товарищей Хотта.
