0
0
Старшая из женщин не выказала никакого удивления и ничем не выдала своих чувств – что значит гигантский опыт жены дипломата и главбуха фирмы! Но, конечно, сразу проинтуичила ситуацию: и то, что молодые люди, судя по всему, сходятся в госпитале далеко не первый раз; и то, чем они только что занимались; и еще ей стало ясно, что они любят друг друга – или, по крайней мере, так думают.
Артем между тем на минуту смешался и оттого заговорил несколько более развязно, чем обычно, и несколько больше, чем намеревался, выдал матери информации:
– Вот, маман, прошу любить и жаловать.
– Здравствуйте. – Смущение девушки вылилось в неестественное, совершенно не свойственное ей насмешливое высокомерие.
– Много о вас наслышана, Анастасия, – довольно ядовито отвечала старшая из женщин.
– Что ж, я уже долго здесь, в госпитале, сегодня пробыла. Оставлю тебя, мой милый. С мамочкой.
И, не давая Артему времени опомниться и возможности возразить, Настя чмокнула молодого человека в щеку, решительно развернулась и бросилась к выходу.
Несколько ошарашенный, Кудряшов-младший проводил маму в свою палату. Его соседа на месте не было, и Елена Анатольевна, даже неожиданно для себя, дала эмоциям волю.
– Что ты творишь?! – набросилась она на сына. – Ты так пострадал – едва выжил! И все из-за нее! Из-за блажи этой девчонки! Тебя с таким трудом поставили на ноги! Можно сказать, спасли! Тебе вредно волноваться – еще совершенно неизвестно, как в дальнейшем скажется на тебе, твоем мозге и твоей личности, это оперативное вмешательство, а ты!.
– Мама, хватит! – страдальчески поморщился молодой человек.
– Нет, не хватит! – Елена Анатольевна, если бы даже специально взялась, вряд ли могла упомнить, когда говорила с сыном на столь повышенных тонах. – Нет, Артем! Не хватит!! Неужели ты слеп? Неужели ты не видишь? Не видишь, что собой представляет эта девчонка?! Разнузданная провинциальная девка! Ведь связь с ней – это натуральный, настоящий путь к гибели!!
– Мама, перестань! – Тут и Артем, вечно спокойный и покладистый, вышел из себя.
