3
0– Что ты отправилась на известную всему городу своими еблями вечеринку к Камолову-младшему, а когда он обратил на тебя внимание, ты решила брыкануть? И сломала ему нос, когда он ширинку расстегнул? Ты, что? Цену себе набивала?
Полноценно возмутиться сейчас у меня нет сил, но глазами я пытаюсь передать всю глубину своего гнева.
– Да не знала я ничего про это! Мне это не надо!
В этом месте викинг недоверчиво хмыкает.
– Я правду говорю: я вообще еще ни разу… – в этом месте я стушевалась.
– Ну-ну, заканчивай заливать. Вчера ночью, тебе было ой как надо! И стонала ты будь здоров!
Глава 4.
Я неверяще смотрю на него широко раскрытыми глазами.
Хочется возразить, но в памяти всплывают новые обрывки воспоминаний.
Вот я сижу на нем верхом... Он ласкает мою грудь…
Вот я постанывая трусь о напряженный член подо мной… Он направляя сжимает мои ягодицы…
– Припоминаешь? – усмехается, кажется, Макс. Так вроде его называл тот второй.
Боже мой… я двадцать лет себя хранила для единственного, а мой первый раз произошел так? Я в отчаянии закрываю лицо руками.
– Вещи, говоришь, остались в доме у Комолова?
Я обессилено киваю.
Стоило убегать от одних насильников, чтобы тут же лечь под другого? Неужели ему было непонятно, что я не в себе? Или мужикам на это плевать?
– И что мне теперь делать? – шепотом спрашиваю я.
Этот вопрос скорее обращен ко вселенной. Как все это могло случиться всего за несколько часов?
Еще вчера все было просто отлично, и ничего не предвещало беды. А теперь на меня столько всего свалилось.
Макс задумчиво барабанит пальцами по столу и кивает самому себе, словно принимая какое-то решение.
– Слушай сюда, малахольная. Я сейчас отъеду ненадолго.
А я остаюсь сидеть, хлопая глазами.
Как это отдать? Какому Раевскому?"
"Макс хлопает дверцами шкафа где-то в спальне. Затем, судя по звукам льющейся воды, кочует в ванную комнату, после чего, поигрывая ключами, снова нарисовывается на пороге кухни.
Все-таки он пугающий. Высоченный, широкоплечий, мышцы бугрятся под черной футболкой. Даже щетина немного воинственная. Никогда не думала, что блондины могут выглядеть такими опасными.
– Ты меня хорошо поняла?
– Да, – и киваю для усиления эффекта. Здесь оставаться страшно и неуютно, но оказаться на улице без всего в сырой одежде еще страшнее.
Чего уж тут непонятного: сидеть, ждать и не отсвечивать.
Жутко, что он меня запрет, но и идти мне все равно некуда.
