3
0– Я никогда не отмазывал Серегу от тюрьмы. Я даже не знал об этом его преступлении.
– Но Гордеев сказал… – в слепой надежде у меня внутри все натягивается как струна.
– Ты не так его поняла. Я пару раз вытаскивал его из ментовки, когда он попадал туда за драки. Один раз помог решить вопрос с правами, но это было еще до того, как погиб твой отец. В тот год мы уже с ним не общались. О состоянии его дел я узнал даже не от тети а от Веры. Намного позже. Я говорил с Гордеевым. Ему и в голову не пришло, что ты воспримешь его слова так, будто Сергей остался на свободе с моей подачи.
Я смотрю на Макса во все глаза.
– Мне жаль, что я не знал, насколько все было плохо. Может, удалось бы спасти Веру, – по лицу Лютаева пробегает судорога. – После всего они просто выбросили ее тело в родном дворе. Успокоительное у меня осталось с тех времен, – он криво усмехается. – Хорошее, не правда ли?
Я вскакиваю и крепко-крепко обнимаю Макса за шею. Он тяжело дышит мне в ухо, ему тоже непросто все это вспоминать.
– Я тебе клянусь, девочка, я к расследованию дела с участием Меркушкина отношения не имел. Ты мне веришь? – напряженно спрашивает Макс.
Горло сдавил спазм, и я ничего не могу сказать, только киваю.
Какой это все-таки кошмар. Столько горя и сломанных судеб.
Лютаев долго гладит меня по спине, но мне кажется, что ему сейчас не лучше.
Мне еще долго предстоит бороться с собственным страхом, но рядом с ним я верю, что справлюсь. Макс сильный. Он справился сам и меня научит, как это сделать.
– Больше не убегай от меня. Я чуть не убил Раевского за то, что он тебе помог."
"– В похищении нет его вины, – оправдываю я Олега. – Если бы я сразу зашла в квартиру, Каплин бы меня не достал.
– Он считал, что действует в моих интересах. Но теперь он зарекся помогать леди в беде. Раевский, видите ли, счел, что я не понимаю насколько ты для меня важна, а тебе стоит успокоиться. Правда, мне кажется, он хотел побыть героем в твоих глазах. Вариант, что ты не захочешь возвращаться ко мне, он не отметал. Олег бы с удовольствием забрал тебя себе.
– Не понимаю этого. Второй раз слышу: забрать себе. Я же человек! Свой собственный!
– Глупенька ты у меня еще, – по-доброму усмехается Макс. – Не переживай, мы с Олегом все выяснили.
Опупеть! Эти двое меня поделили, ни о чем не спросив!
– Вы – самодовольные бараны, – не очень убедительно ругаюсь я.
– Что есть, то есть, – не отрицает Лютаев. – А теперь пошли завтракать. Я очень хочу снова почувствовать, что мир по-прежнему стоит на трех слонах, слоны на черепахах, и что ты никуда не денешься.
