Брошенка

Нинка тогда действительно была с нами на даче. Но она тебе не изменяла. Когда дело до этого дошло, она свалила. Я специально познакомила их с Артуром. Всё было спланировано. Тогда я ещё надеялась, что однажды ты поймёшь, вспомнишь обо мне… Но твоя женушка оказалась стойким солдатиком, да. Я хочу, чтобы ты это знал. Чтобы твоя измена пожирала тебя изнутри. Живи со своей Ниночкой. Вы стоите друг друга. Она слабохарактерное ничтожество, а ты — инвалид. Отличная парочка. Я же уезжаю. Больше меня здесь ничего не держит. Инвалиды, увы, не в моём вкусе.

Юлька поднялась, глядя в его ошалевшие глаза, одернула юбку и, усмехнувшись, пошла прочь.

Варламов закрыл глаза, выдохнул. Не может быть… Неужели он действительно ТАК лохонулся?! Почему не проверил?! Почему позволил себе думать о том, что Нина могла изменить? Почему, блядь?!

глава 23

— Доброе утро, дорогуша. Как спалось? — в мутном облаке появилось лицо Лианы и я застонала от боли в висках и лицевой части. Похоже, разбит нос… Если не сломан. — Ой-ой-ой… Не важно выглядишь, — притворно зацокала языком, усмехнулась дико как-то.

— Где… — голос сел и в горле пересохло, закашлялась. — Где я? — попыталась повернуть голову, чтобы осмотреться, но резкая боль в шее заставила поморщиться. — Что ты со мной сделала?

— Я? Я сделала? Да прекрати. Мы же обе знаем, что во всём, что с тобой происходит виновата ты. А я тебя предупреждала, — протянула ехидно и сжала моё горло. — Но ты же, сука, не слышала меня! Думала, я шучу! Это из-за тебя он меня выгнал! Из-за тебя, тварь!

Захрипев от удушья, замотала головой, пытаясь вырваться из рук безумной, но она лишь крепче впилась пальцами в кожу и сдавила ещё сильнее.

— Не бойся… Я не стану тебя убивать. Пока. Ты будешь моим щитом. Когда этот поганый следователь меня найдёт, ты послужишь мне спасением. Я не собираюсь снова в дурдом, ясно?! Не собираюсь!

Я смотрела в глаза сумасшедшей и понимала, что она не врёт. Не блефует. Она уверена в своих словах и именно это пугало до невозможности. Настолько больной человек способен на всё, что угодно.

Она резко отстранилась, отступила от меня, а я, снова почувствовав свои конечности, вдруг поняла, что обездвижена. Перемотана скотчем. Наглухо. Тихо заскулив, попыталась перевернуться на бок и с третьего раза мне это удалось. Теперь обзор был получше и я смогла рассмотреть страшно облезлую комнатушку с одним столом, одним стулом и двумя узкими кроватями, на одной из которых я и лежала. Неужели она сама меня сюда притащила? Бессознательную? Но как? Я, конечно, слышала, что сумасшедшие очень сильные, но чтобы настолько…

Впрочем, очень скоро мои надежды на то, что она одна, растаяли.

— Ну что она, очухалась? — скрипнула дверь и послышался до боли знакомый голос…

Юля?! Да нет… Нет же! Не может такого быть.