1
0— Да, располагаю! Гражданка Калмыкова и ее малолетняя дочь… Я имею в виду, сын… Ребенок Калмыковой… И его мать пострадали от необъяснимых с точки зрения морали и необоснованных с точки зрения закона действий органов опеки и попечительства Центрального округа Москвы!
— Это эмоции. Теперь потрудитесь изложить факты.
— Факты таковы, — сообщил Выбегалло. Он закатил глаза, и заговорил замогильным голосом диктора закадрового текста из фильма «Кошмар перед Рождеством»: — В поздний пятничный вечер в квартире неожиданно появился представитель органов опеки и попечительства в сопровождении представителей силовых структур…
— Кого конкретно вы имеете в виду под представителями силовых структур?"
"— Я имею в виду сотрудника районного отделения милиции!
Участкового Анатолия Ивахина, проходившего в качестве свидетеля, Лена видела в коридоре перед заседанием. Он сидел на стуле, дожидаясь вызова. Молоденький, тощий, с хорошим лицом… Ивахин заметно волновался. Наверное, только-только из школы милиции, в суде, скорее всего, впервые.
Выбегалло продолжал. Теперь он замогильным голосом рассказывал, как участковый с Тамарой Михайловной незаконно проникли в квартиру Калмыковой.
— В тот день Нина Калмыкова задержалась на работе в связи с подготовкой к юбилею организации, где она работает. И представители власти усмотрели в этом угрозу жизни и здоровью ее малолетнего сына! Они незамедлительно «спасли» Дмитрия Калмыкова, — сардонически усмехнулся Выбегалло. — Отправили плачущего малыша в Морозовскую больницу. Замечу, что к Дмитрию Калмыкову в больницу родную мать не допускали!
Нет? Не допускали? Да неужели? В материалах дела, кажется, записано по-другому. Лена заглянула в папку с делом. Все верно.
— По сведениям, полученным судом из больницы, Калмыкова не пыталась навещать сына.
— Это не имеет значения. Нина Калмыкова была в состоянии шока. И у нее есть для этого все основания. Ведь опека направила в суд иск с требованием лишить гражданку Калмыкову родительских прав! Как бы чувствовали себя вы, уважаемый судья, на месте этой женщины?!
Выбегалло наклонился в Ленину сторону и сверкнул глазами из-под насупленных бровей. Зажигательный мужчина, ничего не скажешь.
А правозащитник тем временем поливал словесными помоями опеку, милицию, жестокосердных людей, которые отправят Дмитрия Калмыкова в армию, когда он вырастет, и корыстолюбивых зарубежных усыновителей, которые, как коршуны, кружат вокруг отечественных сирот и, возможно, даже предложили взятку опеке, милиции и суду за то, чтобы добропорядочную Калмыкову лишили родительских прав.
Когда Выбегалло дошел до прямых оскорблений суда, которому якобы проплатили решение, Лена вздохнула с облегчением.
