1
0Бог мой, какие она пекла пироги, а котлеты, а борщи…
Я помешала сахар и отщипнула кусок вчерашнего хлеба (свежего в доме не было, не сходили мы за хлебом). Хлеб припахивал плесенью и на вкус напоминал вату. А как бы сейчас хорошо было поесть борща. Что может быть приятнее, когда приходишь с работы — а тебя дома ждет кастрюля борща. Сварить, что ли? Все равно еще минимум четыре часа сидеть — с уравнениями, со статьей, с делом…
За это время борщ три раза свариться успеет.
Я сунулась в ящик с овощами. Кажется, где-то завалялась свекла.
Повезло. И впрямь завалялась. И картошек три штуки нашлось, и даже полкочана капусты в холодильнике.
Минуточку! А кастрюля-то! Я ведь наверняка уже упаковала большую кастрюлю для переезда!
Но кастрюля оказалась на месте, в шкафчике над плитой. Слава богу!
Мяса, правда, не было, ну это ничего. Поедим постного борща. Главное — несколько дней можно будет не морочиться насчет еды. Красота!
Я резала свеклу и думала, когда закончится дождь. Ну до чего же унылая, до чего сиротская в этом году осень, хоть вешайся. А вот год назад все было по-другому. Кажется, тоже шел дождь, но это было совершенно неважно.
На меня вдруг накатило — резко, до ломоты в висках. Я вспомнила, как год назад, примерно в это же самое время, мы с Кириллом возвращались в Москву из Завидова. По стеклам его «Лексуса» барабанил дождь, а внутри было тепло, чуть пахло лимоном — у него в машине всегда чуть-чуть пахло лимоном, мне это нравилось дико. И запах лимона, и дождь за окном, и его руки на руле.
Мы познакомились в Загорянке, на даче, которую снимал для моей беспутной сестры ее тогдашний кавалер. Поначалу я вообще не обратила на Кирилла внимания. Я приехала с работы голодная, как волчица, и думала только о том, скоро ли будет готов шашлык.
Натка тогда, как водится, устраивала личную жизнь. Личная жизнь моей сестры давно стала притчей во языцех, и устраивала она ее перманентно с тех пор, как ей исполнилось восемнадцать. Устройство личной жизни происходило с переменным успехом. Очередной этап заканчивался очередным замужеством. Результатом одного из них, не самого счастливого, но самого, пожалуй, продолжительного (аж три года) стало рождение Сеньки. За замужествами с завидной регулярностью следовали разводы, после которых сестра снова бралась за обустройство жизни.
Прошлой осенью она пыталась устроить жизнь с неким Борюсей. Борюся был женат, обещал развестись, а покамест снял дачу в Загорянке, где Натка с Сенькой жили все лето, а Борюся наезжал на выходные.
Я не любила Борюсю, не понимала их высоких отношений, но приехала, потому что давно не видела сестру, да и шашлыка хотелось. К тому же Сашка на каникулы уехала с классом в Ригу, и дома сразу сделалось как-то очень уж пусто.
