1
0
— Что? Невкусно?
— Невкусно, — призналась Лена. — Кроме того, я борщ уже видеть не могу. Я его и тут ем, и дома готовлю постоянно, просто выть хочется от этого борща.
— Зачем?
— Что — зачем?
— Ну, зачем вы все время готовите дома борщ, если вам от него хочется выть?
— Из практических соображений. Стоит — долго, варить — просто. Накидал всего, вот тебе и борщ.
— Лена, возможно, я вас расстрою, но я просто обязан это сказать.
— Что? — напряглась Лена.
— Накидал всего — это не борщ. Это мешанина из свеклы с морковкой. Борщ должен быть как у Булгакова: пахучий, огнедышащий и непременно с мозговой косточкой, треснувшей вдоль…
Говоров так хорошо рассказывал, что Лена даже почувствовала запах этой самой мозговой косточки. Доедать столовскую бурду совсем уж расхотелось. А Говоров продолжал распространяться тоном змия-искусителя. О борще малороссийском на белом хлебном квасе, с мелко нарезанной копченой ветчиной. О борще польском с сушеными грибами и пряностями, со сметаной, которую добавляют в кастрюлю и нагревают, но не кипятят, чтобы борщ не потерял цвет. О борще из печеной свеклы с вином (в бульон из говядины и свинины, непременно от ребер, следует добавить белого французского вина, всего лучше — сотерна), о борще из сельдерея, для которого стакан муки жарят на сливочном масле и заправляют бульон…
— Никита, я вас умоляю, прекратите, а то я начну сейчас плакать, — взмолилась Лена.
В самом деле, сидеть над тарелкой с остывшей бесцветной бурдой и слушать о борще по-польски с сотерном было невыносимо. Или с сотерном другой борщ? А, неважно!
— Не плачьте. Лучше в другой раз, когда захотите борща, скажите мне.
— И вы дадите мне книжку Молоховец с рецептами?
— Нет. Просто отведу вас в одно хорошее место.
— Что за место?
— Вы наверняка не знаете. Один ресторанчик, тут, недалеко.
— Почему вы так уверены, что не знаю? Я что, выгляжу как женщина, которая сроду в ресторане не была?
— Да нет, что вы, я совершенно не это имел в виду, — улыбнулся Никита. — Вы как раз производите впечатление женщины, которая из ресторанов просто не вылезает. Но, глядя на вас, приходит в голову что-нибудь шикарное, типа «Галереи» или там «Аиста». А этот ресторанчик — он очень маленький, там зал на шесть столиков, и он во дворах, его мало кто знает. Я туда хожу как раз борщ есть. У них повар — настоящий хохол, Петро, мой друг, мы в армии вместе служили. Вот там борщ так борщ. Подают его в горшочках. А к борщу — деревенскую сметану, Петруха за ней сам на Дорогомиловский рынок ездит. А еще — ушки на отдельной тарелке.
