Бойся меня

Если ты будешь умирать от голода, и перед тобой вывалят мешок риса, ты рано или поздно начнешь его есть. Возникнет насыщение, но твои вкусовые рецепторы не зайдутся в экстазе. Так же и со мной. Ты реагируешь на эмоции людей сопереживанием, я же не чувствую ничего. Ты изучаешь людей, чтобы сблизиться с ним, я — чтобы обнаружить из слабости и эффективнее на них давить. Разница в целях. Эмпатия бескорыстна, социопатия нуждается в выгоде.

Странно говорить с ним об этом, и вдвойне странно слышать эти честные до скрежета ответы. Мне приходится максимально отключать свою предвзятость, чтобы понять образ мышления Саввы. Он слишком не похож на мой, и если бы не моя к нему любовь, я бы наверняка перестала пытаться.

— Иногда мне кажется, что ты слишком к себе строг. У тебя ведь есть свой моральный кодекс.

Приподняв голову, Савва находит мои глаза. Ему любопытно.

— Правда? И какой же?

— Я думаю, что ты не причиняешь зла тем, кто тебе симпатичен.

— С чего ты взяла, что такие люди есть?

Я пожимаю плечами. Наверное, я кажусь ему наивной в своем желании видеть его лучше, чем он себе говорит.

— Я просто так чувствую. Гордиенко, Вика… Ты знал нелицеприятные факты их биографии и счел нужным наказать, — спохватившись, я добавляю как можно строже. — Только не думай, что одобряю твои методы и считаю тебя Робин Гудом. Я лишь пытаюсь выявить закономерность.

— Не обольщайся на мой счет, Мирра. Скорее, такие как они, наиболее привлекательная мишень для меня. Колыбель всевозможных пороков, которую так забавно потрошить.

— Тебе правда доставляет это удовольствие?

— Еще какое, — на его губах появляется ироничная улыбка. — Это как наркотик, в котором ты не можешь себе отказать. Представь, что тебя укусил комар и это место нестерпимо зудит. Представила? Ты терпишь минуту, десять, полчаса, а потом срываешься и начинаешь его расчесывать. Кожа краснеет и опухает, выступает кровь, а ты раздираешь себя ногтями и чувствуешь неописуемое наслаждение. То же самое происходит со мной. Периодически становится причиной чужой боли — это моя потребность.

Я ощущаю сухость во рту. Протискиваться в его мир со своими шаблонами сложно и порой страшно. Причинять боль — это его потребность. Саввы уже об этом говорил, но только сейчас я осознаю, что это действительно часть его натуры.

— А мне ты тоже хочешь причинять боль?

Синий взгляд, сосредоточенный на моем лице, сгущается и начинает переливаться удовлетворением.

— Мне нравится, что главным образом ты думаешь о себе. Нет, с тобой другое. Главная моя цель — иметь тебя рядом. Если я и причиню тебе боль, то лишь ради этого. Впрочем, ты и сама все видела.

Да, видела. Когда из моей губы, разбитой тем бомжом, текла кровь, ты не чувствовал ничего. И я тебя за это простила.

— Тебе тяжело с этим жить?

— И да и нет.