10
0Да и сладкое я не особо люблю. А другой десерт мне вряд ли обломится.
– Как вам обновленные «Сосны»? – светски интересуется Катя, пропуская вперед сладкую парочку. Юра с Ларисой деловито шагают к корпусу. И наконец до меня доходит. Это же Катина обслуга! Юра- телохранитель, а Лариса – горничная, медсестра или два в одном. Видимо, роман у них. А Катя знает и позволяет встречаться. Хотя по правилам, это категорически запрещено.
Ну какой из Юры охранник, у него все мысли другим заняты.
– Кхм, – откашливаюсь я, понимая, что пауза затянулась. И на автомате распахиваю дверь в корпус. – «Сосны» мне всегда нравятся, – обвожу задумчивым взглядом холл. – Но сейчас налажена более четкая организация. Хотя еще рано судить. Я только сегодня приехал.
Говорю и сам удивляюсь. Меньше суток прошло. А я уже влип по полной. Умудрился втрескаться в папенькину дочку. Аж зубы сводит, твою мать. И мне, как сопливому салаге, достаточно просто идти рядом. Говорить. Вдыхать запах легкого селективного парфюма.
– Надолго вы к нам?
– Двадцать один день. Если не вызовут, конечно, – рапортую бодро. А сам сжимаю руку в кулак, пытаясь справиться с непонятным волнением. Сносит мне башку. Честное слово, сносит.
– Часто вызывают? – жалостливо интересуется Катя, сворачивая к первому люксу. Электронным ключом открывает дверь.
– Да, раз на раз не приходится.
Шагнув внутрь, обалдело таращусь по сторонам. От моего первого люкса не осталось и следа. Видимо объединили несколько номеров и сделали полноценную квартиру.
– Прошу, – указывает Катя на комнату с приглушенным освещением.
– Чай какой заварить, Катюша? – интересуется из кухни Лариса.
– У гостя спросите, – улыбается моя птица.
– Любой, – отмахиваюсь поспешно.
Чай? Да все равно! Мне бы остаться с девчонкой наедине. Просто поговорить. Посмотреть на нее. Запомнить.
– Проходите, чувствуйте себя как дома, – снова светски приглашает Катя, снимая жилет. Замешкавшись, снимаю спортивную куртку и как дурак пожираю взглядом тонкую девичью фигурку и упругую задницу.
– А у вас тут действительно домашняя атмосфера. Очень уютно.
– Спасибо, – снова кивает Катя и я вдруг замечаю тонкую жилку, бьющуюся у нее на шее. Так и хочется коснуться ее губами. Вот же она, Катя! Стоит рядом. Только руку протянуть.
«Хладнокровнее, Ордынцев!» – приказываю самому себе. И неожиданно теряюсь. О чем говорить, если все мои мысли ниже пояса? Если я, гребанный баян, взгляд от девчонки отвести не могу.
– У Лары сегодня день рождения, – поясняет Катерина, обхватив себя обеими руками. – Поэтому у нас торт и очень вкусное мясо. Шеф-повар специально к ужину запекал. Хотите? Вам диета позволяет?
– И диета, и религия, – губы сами собой растягиваются в улыбке. И впервые в жизни я не знаю, куда деть руки.
