10
0Там рядом с Катей отпетая гнусь ошивается…
– Панкратов, – рявкаю в трубку. – Ты вообще где?
– Около вашего номера жду, товарищ генерал! – рапортует мой водитель. Теперь уже бывший.
– Быстро шагай в первый, – велю я. – Упакуешь картины и привезешь их в Москву на моей машине. Ее все равно перегонять.
– Так точно, – тускло соглашается Панкратов. И войдя в апартаменты, просит виновато. – Разрешите обратиться, товарищ генерал.
– По дороге на аэродром расскажешь, – хмуро бросаю водителю. А сам наблюдаю за матерью. Она так и осталась в Катиной мастерской. Придирчиво рассматривает каждое из полотен и довольно улыбается.
– Ты женился на очень талантливой девушке, – восклицает она, когда я подхожу попрощаться.
– Я знаю, – улыбаюсь довольно и неожиданно вспоминаю как выгибалась девчонка в моих объятиях. Как закидывала мне ноги на плечи. Катя… Катюша моя.
– Я договорюсь с Ингой, если ты не против…
– Да ради бога, – развожу руками. И повернувшись к Панкратову, командую. – Все. Едем. Самолет ждать не будет.
И всю дорогу слушаю невнятный лепет своего бывшего бойца. Он оказывается Люду любит. А она его.
– Совет да любовь, – роняю, стараясь сдержаться и не рассмеяться в голос. Ну кто я такой, чтобы учить жить взрослого мужика. Что я ему, семейный психолог, что ли? – Только нам придется с тобой расстаться, – добавляю хмуро. Вот хороший же водитель был Панкратов. Нахер его к Людке понесло. Влюбился! Мать его ети…
– Почему, товарищ генерал? Я ничего не нарушал. В отпуске был. А что с вами в Эльчистан не поехал…
– Да при чем тут Эльчистан? – морщусь раздраженно. – Зря Люда мне вашего ребенка приписала. На фиг мне такие расклады? И моей жене будет неприятно все время рядом твою Люду видеть. Ей уже сообщили… Еле разгреб.
– Какой ребенок? Ничего не понимаю, – вздыхает Панкратов, останавливая машину. – Я хотел вас попросить с военной ипотекой помочь… А ребенок чей? Люда мне ничего не говорила…
– Хороший поворот, Леша, – ухмыляюсь я. – Давай сделаем так. Сейчас наша медицина творит чудеса. Облапошить тебя не удастся. А поэтому веди-ка ты завтра с утра свою милую на анализ. Пусть по крови определят срок беременности и твою к ней причастность.
– Да какая причастность, Василий Петрович?! – жалобно воет мой Панкратов. – Мы неделю назад как вместе спать начали… А до этого я и не знал, как подойти.
Твою ж мать, Люда! – усмехаюсь про себя. – Тебе так не терпится меня достать, что на моего водителя позарилась. Думала, привезет он тебя в часть, и мы заживем одной дружной семьей. Идиотка, блин…
– Едем уже, я на самолет опоздаю, – рявкаю я. – А ты выясни все, Леша. Вернее, завтра утром езжай в Москву.
