4
0Во времена татарского протектората на Руси ходило множество заимствованных слов, которые потом постепенно вымывались из обихода. Некоторые исчезли бесследно, в том числе и из тюркских языков. Неважно, смысл ведь в целом понятен. Понятна и наша задача. Я бы сформулировал ее так…
Архивист сосредоточенно уставился в окно и удивленно заморгал глазами – кажется, только теперь заметил, что на улице давно ночь – но тут же забыл о чудесах природы и снова повернулся к собеседнику.
– Мы с вами должны определить хотя бы примерно, с точностью до ста метров, какой участок описан в письме капитана фон Дорна. Только и всего.
– Только и всего? – иронически переспросил Николас, которому эта задача вовсе не казалась такой уж пустяковой. – Да и что нам даст «точность до ста метров»? Это же целый гектар.
– Ну и что? Если у нас будут убедительные доказательства, можно подключить к работе любые силы, любые инстанции! Они у нас в очередь выстроятся! Где возможно, раскопаем, где нельзя копать – пробурим, возьмем пробы грунта. Это ж не у президента под задницей, в Кремлевском холме рыться, а за Садовым кольцом! Совсем другое дело.
– Почему вы уверены, что именно за Садовым кольцом?
Максим Эдуардович страдальчески закатил глаза, что с его стороны было не слишком вежливо, и объяснил невеже-иностранцу:
– Садовое кольцо повторяет контуры Скородома – так по-другому называли Земляной город, пределами которого ограничивалась Москва семнадцатого столетия.
– Про Земляной город я знаю, – пробормотал устыженный Николас, – я просто не знал, что он еще и Скородом. Странное название…
– Это из-за того, что за пределами городских стен дома строили кое-как, наскоро – все равно крымчаки или какие-нибудь ногаи спалят. Вот, смотрите…
Оба историка склонились над подробной картой древней Москвы, скомпонованной многоумным Максимом Эдуардовичем из голландского плана 1663 года, схемы шведского дипломата Пальмерстона 1675 года и поуличных чертежей Приказа тайных дел.
– Видите линию земляного вала и башни на нем? Есть башни глухие и есть башни с воротами. Последовательность поиска, Фандорин, должна быть такая. Сначала мы определяем, о каких воротах говорится в письме…
Николас удивился:
– Извините, но разве это не очевидно? Ведь в письме сказано: Каменные ворота и даже есть название идущей от них улицы – Черная Слобода.
– О воротах мы еще поговорим, – сухо сказал Болотников, преодолевая раздражение. – Что же до улицы, то здесь мне придется вас разочаровать.
