3
0
— Отлично. Соня, познакомься, наш пилот Сергей Валерьянович. Сергей, это Соня.
— Рад познакомиться, Соня. — Сергей Валерьянович дружелюбно улыбнулся и протянул руку. И снова, как пару дней назад при знакомстве с Виктором, Денис оказался между Соней и мужчиной. Он как бы невзначай закрыл ее от Сергея. Тот сразу же понял расстановку сил и, кивнув, сделал шаг назад.
— Денис? — Соня нахмурилась.
— Мы вылетаем, — бросил Денис пилоту и, сжав ее руку, едва ли не потащил к самолету.
— Потемкин, ты что творишь? — прошипела она, спотыкаясь и едва успевая за ним.
— Мне плевать!
— А мне нет! Что подумает обо мне Сергей Валерьевич?
— А тебе не все равно?
— Нет!
— Соня! Черт возьми! Ничего дурного не подумает! Он такой же мужчина, как и я! А значит, собственник! И он почувствовал исходящие от меня волны ревности! Ревную я тебя, что тут непонятного? Мы же обсуждали эту тему! Мне претит сама мысль, что к тебе может прикоснуться другой мужчина! Звучит абсурдно? Повторяю — мне плевать! Пока я нахожусь рядом с тобой, ни один мужчина и пальцем до тебя не дотронется! Я не позволю!
— Но…
— Соня, никаких но! — прервал он и подтолкнул за ягодицы в направлении трапа.
Соня вспыхнула, открыла рот, чтобы высказать все, что думает по поводу варварского обращения Дениса, но в последний момент передумала. А по трапу поднималась, пряча довольную улыбку.
Взлетели они минут через десять. Денис, опустившись в соседнее с Соней кресло, спросил:
— Страшно?
— Пока нет.
— Может, поспишь? Во сне перелет переносится легче.
Соня покачала головой.
— И пропустить прекрасный вид с высоты птичьего полета? Денис, когда еще у меня появится возможность полетать?
— Если будет страшно, скажешь. Постараюсь что-нибудь придумать, — он накрыл ладонью ее немного вспотевшую ладошку.
— Все-таки затащишь в подсобку? — усмехнулась Соня, но, заметив, как глаза мужчины затянула страстная поволока, прикусила язычок.
— Женщина, мне нравится ход твоих мыслей!
— Потемкин, не смей!..
— Соня, сколько раз говорить, чтобы не говорила мне «не смей»! Ты бросаешь вызов альфе! И я не могу его не принять!
В его интонации не было угрозы, напротив, она стала бархатистой, многообещающей. По коже Сони побежали мурашки. Воображение услужливо нарисовало картину, где они с альфой уединяются в тесной подсобке. Как он проводит сильными руками по ее бедрам, спине.
