7
0
— Почему не может? — спокойно произнес знакомый голос за моей спиной.
Я стремительно обернулась. Провалиться мне на этом самом месте!
— Они лимонные! — стояла я на своем.
А тем временем хозяин «Трех тузов» величественно прошествовал до стола, на котором Кузьмич резал колбасу, поддел кусочек и отправил его в рот.
— Я продегустировал. Апельсиновые, — усмехнулся мой личный враг.
— Платить за них ты не собираешься, а уже сожрал? — догадалась я.
— Я буду платить за лимонные пироги, — Лукошко даже и глазом не моргнул, жевал свою колбасу, полируя, судя по всему мой лимонный пирог. — А за апельсиновые – не стану. Буду считать это подарком постоянному клиенту.
— Да вы… Вы, однако, хам! — прошипела я.
— Сама такая! — фыркнул мужчина, а Кузьмич продолжил резать колбасу.
— Пироги были лимонные! — повысила я голос.
— Не-а, — мотнул головой Демоненко, глядя на меня сверху вниз, точно на блоху. — А счет из малярки я пришлю вам лично, Муза Эдуардовна.
— Харя не треснет? — хохотнула я. — Ты своей машиной сбил мою рекламную доску!
— А вы бы рекламу делали больше, наставили там хрен понять что! У меня карты меню и то прочнее! — скривился Лука.
— «Хрен понять что», как ты выразился – я привезла из Европы! — ткнула я пальцем куда-то в район груди собеседника. — Это, между прочим, бесценный антиквариат!
— Вот и я говорю: приперла рухлядь из своей Европы! — хохотнул наглец. — И пироги подменила! Признайся, таким образом ты выражаешь мне свою симпатию?
— Держи карман шире! — взвилась я. — Да ты – самый отвратительный человек на свете! Самый ужасный в мире мужчина, страдающий полным отсутствием вкуса! Самый невоспитанный грубиян!
— Согласен. Я – самый-самый! Рад, что ты это заметила! — уже в голос рассмеялся Демоненко и, сволочь, подмигнул."
"— Рррр! Ненавижу! — прорычала я, а мужской смех стал только громче.
— Кузьмич, скажи, разве это не любовь? — хохотал Демоненко, а я злилась еще больше.
— Пироги были лимонные! Плати по полной! — рявкнула я и стремительно покинула кухню врага, напоследок громко хлопнув дверью.
Эффект получился смазанным. Доводчики на двери работали исправно. И громкий хлопок, по сути, вышел тихим щелчком.
— Ты договоришься, Лука Ильич! — шипела я, преодолевая небольшой переулок до своих владений. — Чиполлино несчастный!
***
Глава 3
— Зря ты так, — хмыкнул Кузьмич, когда за девчонкой закрылась дверь.
— Сама напросилась, — отмахнулся я от слов шеф-повара. — Будет знать, что не стоит грубить взрослым дядям.
— Как прошли переговоры? — перевел тему старый друг.
— Пока что старик упирается. Но ничего, и не таких ломали, — заявил я и подошел к холодильнику, где совсем недавно спрятал тот самый лимонный пирог.
