Ты станешь моей

Он такой опытный мужчина. Старше меня… А я его разочарую, и вдруг он потом ещё больше будет надо мной издеваться?

Зубы Волка поймали край моих трусиков. Зарычав, он потянул их вниз. Я не выдержала. Я слишком сильно нервничала. На этом фоне меня затошнило, по пищеводу снизу вверх понеслась горечь. Только не это!

— Прости мне… Мне п-плохо, — оттолкнув Волкана в сторону, зажимая рот ладошками, я побежала прочь из комнаты. — Где ванная?

— Налево. Вторая дверь, — раздражённо буркнул он.

Меня вырвало. Отвратительней, чем сегодня, я себя ещё никогда не чувствовала.

Даже когда десять лет назад наелась на ночь жареной курицы по-мексикански и до самого утра обнималась с белым другом.

Я просидела в ванной минут пятнадцать, наверное. Выходить обратно не хотелось. Стыдно. И даже страшно. Нехорошее предчувствие закралось незаметно, заселившись в голове.

Всё-таки я нашла в себе силы вернуться обратно. Волкан несколько раз позвал меня по имени. Когда я, прикрывая края разорванной рубашки, босиком вошла в комнату, застыв в проёме, Волк резко вскочил с кровати, полоснув по мне режущим взглядом. И заревел.

Ну точно дикий лев:

— Ты что, беременна?

Чего? Да как ему только такое в голову пришло?!

Три широких шага. Он схватил меня за шею, не больно, но жёстко, и впечатал затылком в стену.

— Ты в своем уме? Что ты делаешь? Я просто отравилась!

— Вреш-ш-шь! — шипит в лицо, раздувая ноздри. — Кто этот мудак? Тот белобрысый член, с которым ты на прошлой неделе обедала в кафе? Или этот, мля, Сергей-теперь-инвалид.

Он дышал, как дракон, его трясло, подбрасывало в воздухе. Меня трясло не меньше. Так быстро измениться! У Волкана раздвоение личности.

Я слишком долго танцевала на острие ножа. Я опять его довела. А он слишком долго терпел давление спермы в паху. Неудовлетворенный зверь — зверь безумный.

— Сумасшедший! Мне больно! — царапнув его ногтями по руке, я каким-то чудом вырвалась.

Бросилась в прихожую. Нашла взглядом пальто Волкана, сорвала с вешалки, натянула на себя, чуть не утонув в нём.

— Куда собралась? Я разве отпускал?

Мужчина бросился мне навстречу, поймал за запястье, рванул на себя. Глаза защипало от слёз. Крупные соленые капли покатились по бледной коже вниз к подбородку.

Грусть и боль в моих зареванных глазах смягчили его хватку, заставили отпустить руку и отступить на шаг назад. Даже чернота в зрачках зверя немного рассеялась. Как ночь перед ранним рассветом.

Вдохнув поглубже, я грубо выплюнула:

— Я девственница!

Ну вот, я призналась. Чтобы не думал, что я беременна. Я вообще ещё ни с кем не спала."

"Раскиснув от слез ещё пуще, схватив сумочку, я толкнула вперед входную дверь квартиры, намереваясь бежать.

— Ника, постой!

— Отстань. На такси доберусь.