Свой с чужим лицом

Танки нарвались на минное поле и отошли.

Красноармейцы рыли землянки, блиндажи, соединяли их ходами сообщений. Ходили слухи, что на данном рубеже придется задержаться. Поэтому позиции бойцы оборудовали основательно, утепляли землянки. Возгласами одобрения были встречены грузовики с новенькими буржуйками, самой ходовой продукцией нескольких московских заводов.

Мост, отбитый Шубиным, остался в советском тылу.

Немецкий грузовичок разведчики перекрасили, нарисовали красные звезды на бортах, так, для самых бестолковых. Машина весело бежала по накату. Бойцы, вытянув шеи, провожали глазами место недавнего боя.

Передний край начинался в трех километрах от моста. Вились траншеи, выделялись бугорки землянок и блиндажей. Открытые участки простреливались.

Сил для наступления у немцев не хватало, но боеприпасы у них имелись. Мины и снаряды противник изводил с ожесточением, мстя за свои неудачи в зимней кампании. Как минимум дважды в сутки наши позиции подвергались жестоким обстрелам. Советская сторона отвечала на это тем же.

К моменту прибытия Шубина подготовка позиций близилась к завершению. Мелькали лопаты на опушке. Бойцы работали ломами и мотыгами, выносили из леса срубленные деревья, распиливали их на бревна. Когда начинался обстрел, они бросали дела, укрывались в наспех вырытых траншеях. Немцы забрасывали наши позиции минами. Из дальних лесов били их тяжелые орудия. Однако попыток продвинуться не предпринимала ни одна сторона.

Немецкая бомбардировочная авиация попыталась зайти на цели. Но господство в воздухе фашисты утратили, прикрывать самолеты им было нечем. Навстречу противнику вышло звено истребителей. «Юнкерсы» вывалили бомбовый запас на подступах к позиции и спешно ретировались. Одну из машин советским летчикам удалось подбить. Она красиво падала в далекий лес, волоча за собой шлейф дыма. Красноармейцы кричали пилотам, опускающимся на парашютах, все, что о них думали.

Однако второй воздушный налет оказался чуть более удачным. Бомбежка нанесла некоторый урон переднему краю. Ударная волна снесла брустверы. Погибли и получили ранения несколько солдат.

Разведчики в этот момент находились на переднем крае, осматривали в бинокли позиции врага. Братьев Ваниных засыпало землей. Товарищи откопали их, принялись трясти. Парни зачумленно моргали, а потом одновременно пришли в себя, стали обкладывать фашистов отборной руганью.

Других источников беспокойства пока не было. Однако обстрел мог начаться в любой момент.

– Лупят как проклятые! – заявил Леха Карабаш, вытряхивая из-за ворота глину. – Медом им тут намазано или как? В чем дело, товарищ лейтенант?

– Фрицы решили, что на этом участке мы готовимся наступать, – ответил Шубин.

– А это так?

– Сомневаюсь.