4
0До восемнадцати лет они нас контролировали. Причем довольно жестко. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Нам с Дмитричем влетало часто. Тут понятно, пацаны… Нам же гулять хотелось и распоряжаться своим временем на наше усмотрение. У отца были другие взгляды на этот счет. Ма за нас частенько впрягалась. Вот они с батей и договорились, что после восемнадцати табу на вмешательство в наши дела. Иначе… – Иван довольно улыбнулся и закинул свободную руку себе за голову, второй продолжил гладить спину Славы. – Щепа бы летела конкретная. А так… Если мы косячим, то и разгребаем свои косяки сами. Поэтому я и удивился, что мама к тебе приехала.
– Она сказала, что ты объявишь ей бойкот.
– Я? За что? За то, что она каким-то чудом уговорила тебя приехать ко мне?
– Она не уговаривала.
– Но ты тут.
– Да.
– Поэтому никакого бойкота, наоборот, надо что-то придумать в благодарность. А вот если инфу о её разговоре с тобой сольют отцу…
Иван сделал многозначительную паузу, от которой Слава внезапно занервничала. Она помнила, что он говорил о чувствах Руслана Анатольевича в отношении своей жены.
Мало ли…
– Ваня, а как может твой отец отреагировать? – настороженно поинтересовалась она.
– Веснушка, ты чего напряглась? А ну, расслабься. Батя пылинки с матери сдувает. Если он и применит в отношении неё какие-то санкции, поверь, они в конечном итоге оба останутся довольны.
Кровь прильнула к щекам Славы. Девушке понравилась легкость, с которой Ваня говорил об отношениях родителей.
– Ваня…
– Что?
– А ты у меня ни о чем не хочешь спросить?
Девушка надеялась, что её сердцебиение не раздается на всю комнату.
– Например?
– Например, о моих чувствах к тебе. Люблю ли я тебя…
Щеки вспыхнули еще сильнее.
– Веснушка, ты приняла моё кольцо. Значит, объяснения всё же были, – самодовольно заявил он, за что получил легкий тычок кулаком в бок.
– Ок, отлично, Коваль, я тебя услышала! – возмутилась Слава и начала вырываться из его рук. Но у полковника Коваля были другие планы, и в них не входила её свобода. – Ни за что, ни при каких обстоятельствах не скажу, что люблю тебя и… Ай!
Она должна была давно понять, что сопротивляться ему бесполезно. Иван перевернул её в воздухе и уложил на спину. За считанные секунды перехватил обе её руки, завел над головой, соединив их вместе и удерживая за кисти одной своей рукой.
Сам навис над Славой, прожигая взглядом серых глаз, на дне которых плескалось вспыхнувшее желание.
У Славы каждая клеточка, каждая мышца замерла от предвкушения. Она даже забыла, что должна подыграть мужчине и продолжить сопротивляться.
Он навис над ней. Раздвинул её ноги одним коленом и посмотрел на треугольник светло-русых волос.
– Хорошо, что ты у меня голенькая…
* * *День пролетел, как минута.
