6
0
- Выставлен на продажу, - ответил представитель мужа. – Риелтор работает. Как только сделка завершится, мой клиент переведет половину суммы на счет.
- Отлично. Встречи с детьми? –продолжает Катя.
- Мы просим по согласованию сторон.
Катя смотрит на меня, а я ей киваю.
Мы почти час проводим в конференц-зале, пока не приходим к согласию по всем вопросам, в том числе по главному – определяем сумму алиментов. Когда встреча закончилась, Рустам просит юристов оставить нас наедине.
- Ты что-то хотел? - спокойным и немного уставшим голосом спрашиваю я.
- Хотел узнать, как девочки? – хрипло отвечает он. – Лаура не отвечает на мои звонки, Анель говорит через «не хочу». Как дела? Нормально. Как в школе? Нормально.
- Ты должен понимать, что они подростки и все воспринимают остро. Не знаю, - пожимаю плечами, - может, если бы не та встреча в «Есентае», вы смогли бы спокойно поговорить. Но как уж случилось.
- И что мне делать?
- Я не знаю, - качаю головой. – Теперь это твоя зона ответственности. Я со своей стороны сделала все, что могла. Наступила себе на горло, несла чушь про любовь, которая переросла в дружбу. Больше я ничего не могу сделать. В отношениях с девочками все в твоих руках, Рустам.
Он опускает голову и вдруг морщится от боли.
- Тебе плохо? - обеспокоенно подаюсь вперед.
- Не знаю, что-то закололо, - он откидывается на стул и ослабляет узел галстука.
- Совсем заездила тебя твоя девочка, - не могу удержаться от ехидства. Жестокая я женщина.
- Не начинай, - качает он головой.
- Я и не собиралась, - встаю из-за стола, беру сумку и все еще влажный зонт. – Осталось последнее: слушание и окончательный развод. Скоро будем свободны. Поздравляю.
- Ты перестала носить кольцо, - неожиданно бросает он.
- Да, оно мне больше не нужно. А ты почему не снимаешь?
Рустам смотрит на свою кисть и слегка дергает ею.
- Не знаю. Привык, наверное, - хмыкает он.
- А можно вопрос? Когда мы еще были женаты и вроде как счастливы, и ты приходил трахать свою девку, ты снимал кольцо?
Рустам ничего не говорит, но смотрит на меня с болью в глазах.
- Ясно. Тогда можно уже не притворяться и снять его.
- Ты стала жестокой, - он странно смотрит на меня снизу вверх.
- Как говорила героиня моего любимого фильма: «Учителя хорошие были». Ну все, прощай, Мустафин.
Он ничего не ответил. Я вышла из конференц-зала, закрыв за собой дверь и оставив будущего бывшего мужа в гордом одиночестве.
На обратном пути никак не могла сосредоточиться на дороге, потому что мысленно я была слишком далеко. Я понимаю, что пора завязывать с рефлексией, самокопанием и самобичеванием. Все самое сложное позади, осталось только получить документ о расторжении брака.
Чтобы перебить шальные мысли в голове, включаю радио и попадаю на песню своей юности. Она мне всегда нравилась, а теперь я вижу в ней себя.
