Шторм моей любви

Вытянутое лицо, полные губы, на темной голове можно вить гнездо, но ему плевать, как и его жене, так как Марина совсем за ним не смотрит. А хотя почему только за ним, кроме личной персоны ее вообще ничего не интересует. Даже дети.

Что еще добавить?! Только то, что он – лодырь, нахлебник и игрок. Нет, еще мамочкин сынок, несмотря на то, что он меня старше на три года. Мне сейчас 27, хотя в душе под 40, после того как братец заявился ко мне домой.

Не стоит считать, что я стерва. Совсем нет. Все просто. Николай никогда не работал. Никогда. Все расходы отплачивали мама с папой, даже квартиру им свою отдали. А он все не в состоянии: либо его не ценят, либо болеет приступом хитрости. И что раздражает, для всех это норма, в том числе его страсть к азартным играм. Мама даже свечку ставит, чтобы сыну сопутствовала удача.

Ладно, понимаю, когда в молодости они после института залетели, поженились и родители содержали их, снимали съемную квартиру. Но сейчас то, что мешает ему трудиться?! Нет, он проиграл все имущество и теперь ищет дураков, за чей счет поживиться. Родительской квартиры не хватило на погашение долгов. Плюс Марина любит жить на широкую ногу. Шубы, золото, рестораны. Богачи в кредит.

До этого отец нормально зарабатывал вахтовым методом, работая инженером, но через полгода, как они с матерью отдали свою квартиру сыну, его уволили. Больше папа нормально нигде не смог утроиться, так как со здоровьем у него постоянные проблемы. Сейчас работает два через два – охранником в муниципальной больнице, но там зарплата маленькая и естественно ни о какой новой квартире не может быть и речи. Они стали снимать и помаленьку вытягивать средства, отложенные на квартиру, а потом и все кончили, а скорее всего сыну отдали. Мне лишь сказали, что ничего нет.

Я в это время только развелась и покупала трехкомнатную квартиру в новостройке. Пригласила их жить к себе, и вот что получилось.

– Лера, у меня к тебе серьезный разговор, – почти выплюнул Николай и плюхнулся на сундук-банкетку у кровати.

Скрипнула зубами и проговорила:

– Пять минут в спокойном тоне, либо я тебя отсюда выкидываю.

С ненавистью взглянул на меня, а потом кивнул. А что еще ему остается? Только молчать и терпеть! После того как он несколько раз получил по мордочке, как только я в состоянии была это сделать, братец изменился в лучшую сторону. Думает теперь о своем лице. Раньше терпела от него и от мужа многое… особенно от последнего.