6
0
– А что было, Лен? Когда у красивой молодой девушки, которая, между прочим, в силу своей работы активно вращается в кругах, где полно свободных обеспеченных и красивых мужиков, не было девять лет секса, это по меньшей мере странно. Значит здесь что-то не чисто. И когда это самая девушка согласна на мужика, которого нагадала какая-то там экстрасенсиха, чтобы просто родить ребенка – тоже не есть норма. Вот и вытекает закономерный вопрос, что такого делал твой муж, что напрочь отбил в тебе желание?"
"– Ничего он не делал. Точнее ничего такого, за что можно было проникнуться к нему симпатией. Просто мне не нравилось с ним спать, ибо он мне противен. Собственно, на этом все. Это как есть нелюбимую кашу. Она невкусная и противная, но надо… потому что кто-то говорит надо, – м-да… это однозначно тяжелый случай.
– Извини за вопрос, но раз уж пошла такая пьянка… ты вообще когда-нибудь кончала? Сама, в смысле? Ясен пень, что с этим товарищем нет.
– А это тут причем?
– Хотелось бы знать степень твоего застоя, – ну вот кто меня тянул сейчас за язык?!
– Да иди ты, – как ни странно, после моей реплики Лена не спрыгнула с кровати с возгласом «пошел вон», а даже улыбнулась.
За сорокалетний пробег у меня никогда не было проблем с женщинами, равно как и доверительных разговоров. Все максимально просто. Повстречались – расстались. Даже с женой было все максимально просто. Женились по залету, развелись по обоюдке без каких-либо претензий. Я понятия не имею, что и как надо говорить, чтобы это выглядело не слащаво и тупо. «Ленка, да ты себя недооцениваешь, все будет гуд и никакое ты не бревно. Ща я в этом тебя убедю» Убежду. Докажу. Херня собачья. Человек, который жил с такими установками и мыслями девять лет и шестьсот шестьдесят дней в браке, а именно эту цифру назвала Лена тогда в баре, не растает от моих слов. Теперь уже понятно, почему она вообще запомнила цифру своего брака. Считала, поди и зачеркивала в календаре. Мда… со словами сложно. С действиями проще. То, что надо делать и коню понятно, но до этого надо как-то дойти обоюдно. Желательно, так, чтобы я не ассоциировался с некоторыми товарищами. И как это сделать правильно?
– Лен?
– А?
– Ты когда ко мне приходила, точно секса хотела? Или это так, в качестве эксперимента и с большими усилиями над собой? Только честно. Я не обижусь.
– Хотела. Но не секса, наверное.
– А чего хотела?
– Тебя, – улыбается, пожимая плечами. Это хороший признак. Однозначно. И правильно. Как она может хотеть то, что ей не нравится? А вот то, что хотела меня, а не какого-то там Вована-еблана, жуть как тешит мое самолюбие. Приятно, словно собаке пузо почесали.
