0
0
Спускаюсь по лестнице, слыша голоса из гостиной. Там Ахмет, мама и, судя по всему, Тамерлан — молодой юрист, который поможет мне защитить то, что принадлежит мне по праву. То, что я смогу потом отдать своим детям.
Потому что если Рамазан думает, что я просто уйду в тень его новой счастливой жизни, он глубоко ошибается. Я больше не та девочка, которая двадцать лет назад смотрела на него с обожанием.
Я женщина, которая проведет черту под своим прошлым и начнет новую главу.
Даже если сейчас мне кажется, что каждый шаг даётся с невыносимой болью. У меня все должно получиться.
Вхожу в гостиную, и все взгляды обращаются ко мне. Ахмет тут же поднимается:
— Мама, познакомься, это Тамерлан. Он уже просмотрел документы и у него есть что сказать.
Глава 7
Я стою у окна, вглядываясь в дорогу.
Младшие должны приехать с минуты на минуту, и мое сердце колотится как бешеное. За последнюю неделю я почти научилась засыпать без снотворного, почти привыкла к пустоте в доме, почти смирилась с мыслью, что больше не жена.
Но сегодня все изменится. Сегодня Фарид и Лейла узнают, что их семья больше не существует.
Черный внедорожник Рамазана показывается из-за поворота, и я непроизвольно сжимаю кулаки.
Он настоял на том, чтобы лично забрать детей из аэропорта и привезти домой. Настоял на том, чтобы разговор состоялся при мне.
«Мы должны выступить единым фронтом, Рания, — сказал он по телефону тем деловым тоном, который теперь вызывает у меня только желание кричать. — Они должны понять, что мы по-прежнему их родители, что мы любим их, просто больше не вместе».
Машина останавливается у ворот. Я вижу, как Лейла первой выпрыгивает, стройная и задорная, в ярко-розовой куртке.
Все наши сыновья так похожи на отца…
А затем выходит он сам — мой бывший муж, мой мужчина, с которым я прожила тридцать лет…"
"Я отступаю от окна, не в силах на него смотреть. За эти две недели я почти убедила себя, что смогу справиться с этой встречей.
Теперь я понимаю — не смогу. Не сегодня. Слишком рано, слишком больно.
Входная дверь распахивается, и в дом врывается смех Лейлы.
— Мамочка! — она бросается ко мне, ароматная, как горный ветер.
Я крепко обнимаю дочь, вдыхая запах её волос, еще хранящий холод горных вершин. Фарид подходит следом, обнимает нас обеих, и на мгновение я закрываю глаза, пытаясь удержать это чувство — мои дети, мои младшенькие, еще не знающие, что их ждёт.
— Привет, мам, — его голос, уже совсем мужской, звучит прямо над моим ухом. — Как ты тут без нас?
Не успеваю ответить как в прихожей появляется Рамазан.
