Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Намучались мы с ним в походе преизрядно. А ведь дошли только-только до Джибути. А если бы в бой, как предлагали некоторые горячие головы? Утоп бы наш броненосец, и не одну сотню матросиков прихватил с собой на дно морское.

Потому известие о том, что его строителями теперь займутся те, кто должен ими заняться, вызвало среди господ офицеров изрядный прилив радости, а точнее, злорадства. Ну вот, наконец-то, хоть что-то будет сделано, чтоб не строили у нас плавучие железные гробы вроде злосчастного броненосца «Гангут».

Подождав, пока утихнет шум, я повернулся капитану 2-го ранга Чагину.

– Иван Иванович, ваш «Алмаз» как находящийся в наиболее хорошем техническом состоянии, должен как можно скорее забункероваться углем и сменить на позиции дальнего дозора «Светлану». Всем остальным заняться текущим ремонтом и привести корабли в порядок. Но так, чтобы в любой момент в течение суток быть готовыми к бою и походу. Если придется – драться с англичанами будем насмерть, ибо за нами не только Копенгаген, но и Кронштадт с Петербургом.

Я оглядел притихших, штабных, командиров крейсеров, транспортов и миноносцев."

"– И еще, господа, последнее распоряжение Главморштаба.

Вы должны немедленно провести на своих кораблях ревизию и сдать на берег все лишнее дерево, всю мебель и шлюпки, за исключением тех, без которых невозможно нормальное функционирование корабля. И не думайте о том, как вы будете спасать команду в случае самого худшего. Никак!

Во время боя крейсера «Варяг» с японской эскадрой, из-за применения противником фугасных снарядов, дающих большое количество осколков, все шлюпки «Варяга» превратились в решето. Зато лишнее дерево на борту увеличивает пожарную опасность и требует дополнительных усилий пожарных дивизионов.

Степан Осипович пишет мне, что любой командир германского корабля, вышедший в бой с таким количеством горючего материала на борту, как у нас, был бы немедленно отстранен от командования и отдан под суд. За ненужный риск, которому он подверг свой корабль и команду.

Но не вешайте нос, господа. В течение трех-четырех дней сюда подойдут все боеспособные корабли Балтийского флота и эскадра броненосцев кайзермарине под флагом самого адмирала Тирпица. И тогда англичане вряд ли рискнут сунуться в Датские проливы.

Так что нам надо продержаться совсем немного. На этом все, господа, все свободны.

26 (13) марта 1904 года, полдень. Северный полюс. АПЛ «Северодвинск». Перископная глубина, скорость 3 узла, курс нордОгромная, похожая на кита стодвадцатиметровая туша атомной подводной лодки медленно скользила под нижней кромкой ледового поля, ощупывая ее импульсами своего ГАКа. Она искала подходящие разводья в многолетних ледовых полях, чтобы в них можно было всплыть, не рискуя получить повреждения.