Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Фактически сегодня Российская империя воюет с союзом Англии и Японии при враждебном нейтралитете САСШ.

– Для нас это тоже не тайна, – проворчал наместник, поворачиваясь ко мне. – Да они особо и не скрывали своих намерений. С-суки британские, – тут наместник, как самый заправский боцман, завернул такое, что, услышь его дамы, уши бы у них свернулись в трубочку и, медленно шурша, опали бы на пол. Переведя дух, наместник заявил: – Господин капитан, я немедленно должен встретиться с командующим вашей эскадры. Если вино налито, то оно должно быть выпито. И сделать все надо как можно быстрее, пока не спохватились наши олухи в Петербурге.

Ну-с!

– Ваше высокопревосходительство, катер у трапа. Почетный караул построен. Контр-адмирал Ларионов ждет, – ответил я. – Но есть одно маленькое «но». За сто лет в России много чего поменялось. Произошли не самые благополучные для страны события. Два раза государственная линия прерывалась хаосом Смутного времени. Так что контр-адмирал Ларионов готов говорить с вами не как возможный подчиненный, а как союзник. Искренний и надежный союзник. Когда вы узнаете нашу историю, то сами поймете, почему все случилось так, а не иначе.

Поймите, мы не вам не доверяем, а тем, как вы изволили выразиться, «олухам» из Петербурга. Эти любую самую блистательную победу способны отправить псу под хвост. Так что мы пока берем под защиту Корею и будем участвовать во всем происходящем как представители страны, первой подвергшейся японской агрессии.

Наместник провел рукой по лицу, стирая усталость последних двух дней.

– Согласен, господин Тамбовцев, может, так оно и к лучшему. Война кончится, вот тогда еще раз и поговорим.

Господа, с Богом! – Адмирал Алексеев ловко надел на голову фуражку и направился к выходу из каюты. – Не будем терять времени, у нас еще столько дел. Эти макаки еще пожалеют, что напали на Россию.

10 февраля (28 января) 1904 года, 17:35. Порт-Артур. РК «Москва»Капитан Александр Тамбовцев

Караул морских пехотинцев, построенных ради торжественной встречи. Команды: «Караул – равняйсь!», «Смирно!», «Для встречи слева на караул!».

Церемониал закончен, и вахтенный офицер повел нас коридорами в адмиральский салон. Сказать, что наместник был удивлен и поражен кораблем, это не сказать ничего.

Он, конечно, пытался сделать невозмутимый вид, но это у него плохо получалось. Да, забыл сказать, что когда мы поднимались на борт «Москвы», то уже начало темнеть и на корабле зажгли внешнее освещение. Яркий бело-голубой свет галогенных ламп поначалу слепил наместнику глаза, привыкшие совсем к другому освещению. Так же ярко были освещены и внутренние коридоры, и адмиральский салон. Вот он ключевой момент.

Два человека шагнули навстречу друг другу.