Притяжение

Соня встала с настоящей пуховой перины, наброшенной на кровать, и, взяв чистые вещи, направилась в ванную. Ей тоже не мешало освежиться.

Когда с вечерним туалетом было покончено, Соня выглянула в гостиную, никого там не обнаружила, натянула куртку и вышла на примыкающую к дому большую крытую веранду. Амир Шамильевич сидел за столом в пятне света, отбрасываемом тусклой лампочкой Ильича, болтающейся на проводе под самой крышей. На столе перед ним стояла бутылка вина и обыкновенный граненый стакан. Не желая нарушать его одиночество, Соня сделала шаг назад, в дом, но ее остановил хриплый голос:

- Я не кусаюсь.

- А я так и не думала. Просто не хотела вам мешать.

Он хмыкнул:

- Ты не мешаешь.

Соня пожала плечами и подошла деловито, как будто это не у нее дрожали ноги лишь только от одного его присутствия.

- Ты любишь Карину… - как-то удивленно заметил он и подтолкнул ей стакан с вином.

- Она хорошая, добрая девочка…

- Да-а-а. И ты тоже. Тоже хорошая добрая девочка. Не так ли, София Ковалевская?

Смущенная Соня вскочила со стула, на который опустилась какую-то секунду назад и подошла к перилам.

- Ты не выпила.

- Я не пью…

- Говорю же, хорошая девочка…

Амир Шамильевич бесшумно приблизился. Даже через разделяющие их слои одежды Соня почувствовала жар его большого жилистого тела. Он как будто окутывал, обволакивал ее со всех сторон. Его руки легли ей на живот и скользнули вверх. А она застыла пойманной птицей, задохнулась воздухом. И не могла его ни оттолкнуть, ни прижать к себе ближе. Жаркий рот приблизился к ушку, руки скользнули выше и сжали ее маленькую тугую грудь.

- Так и хочется тебя немного испортить…

Глава 13

Огненная волна прошла по ее телу вслед за его руками. Короткими жаркими всполохами опалила кожу, выжгла дотла сомнения, волю, понимание правильного... Правильным стало происходящее. Он и она. Аромат только-только зацветающих абрикосов, и аромат его кожи. Соня задрожала, тысячи мурашек выбрались из своих укрытий и побежали по телу…

- Холодно? – шепнул ей на ушко Амир, опаляя жаром дыхания.

- Нет…

- Я не дам тебе замерзнуть…

Банально… Некоторое время спустя она поняла, что эти слова прозвучали избито. А тогда… они стали для нее музыкой.

Она мечтала о нем четыре месяца…

Ладони Амира чуть сместились. Подушечками больших пальцев он, едва касаясь, провел по ее болезненно напряженным соскам, и она впервые застонала в руках мужчины. Тоненько, едва слышно.

- Хорошая девочка, - шептал Амир, целуя ее затылок, шею, плечи. Соня была довольно высокой, не меньше ста восьмидесяти сантиметров, и ему не приходилось уж слишком наклоняться – она идеально ему подходила.

Завороженная, покоренная мягкими неспешными движениями рук Амира, Соня откинулась ему на грудь.