10
0
Он застонал и запрокинул голову, а я уперлась ладонями ему в грудь, приподнялась и опустилась снова, стараясь привыкнуть и найти комфортный ритм.
— Немного властной помощницы? — усмехнулся он, обводя пальцем мои соски.
— Ты против?
— Кажется, я очень за.
Я стала раскачиваться сильнее, чтобы у него не было сил болтать и дальше.
Рома держал больную руку в стороне, а здоровой все время гладил мое тело, щипал за соски, давил на клитор или просто водил по плечам, животу, груди.
Я снова была на грани, когда он резким движением уложил меня на спину. И как он только сделал это со сломанной рукой?
Поймав мои запястья, Исаев завел их за голову, фиксируя, обездвиживая меня полностью.
— Передумал. Я сверху.
— Да кто бы сомневался, — смогла проговорить я, прежде чем он снова начал двигаться.
Это был все тот же сильный, глубокий, мощный секс, но одновременно совсем не то, чем мы занимались на скамье. Я видела лицо Ромы. Он целовал меня все время, смотрел в глаза и шептал в губы просьбы кончить, дать ему почувствовать мой оргазм, свести теперь ноги и сжать его. Всеми возможными способами.
Едва я исполнила этот приказ, мое тело прошил электрический разряд.
Кажется, я кричала, стонала, ругалась, извиваясь под ним. А он уткнулся носом мне в шею и, кажется, не дышал, лишь вздрагивал часто и сильно, тоже кончая. Вместе со мной.
В это момент, казалось, что отныне мы все будет делать вместе.
__________
Всем щеночков от австралийских пожарных!:)
Глава 25
Долбанный будильник!
Да почему опять? Разве я не проставила галочки, чтобы он не звонил по выходным? Рань же несусветная!
Кое-как разлепив один глаз, потянулась к прикроватной тумбочке, где обычно держала телефон… и поняла, что его там нет.
Кровать за моей спиной прогнулась, и я моментально распахнула глаза.
Я все-таки переспала со своим профессором! Дважды! А еще он вчера меня все-таки уволил.
Роман… То есть Рома навалился на меня, а в мое бедро уткнулся его горячий и снова возбужденный член, как бы говоря: «С добрым утром, Настя!»
— Настя, — пробормотал при этом сам Рома, не открывая глаз.
— Не могу, — отозвалась я. — Ты меня уволил… И вообще, это твой телефон, и я понятия не имею, где он. Что ты за человек вообще, если у тебя даже в воскресенье будильник на пять утра стоит?
Отодвинулся и пошарил где-то на полу под кроватью. Звук стих.
— Не на пять, а на семь.
— Это все меняет, — отозвалась я. — Зачем же тебе будильник в такую рань?
Рома рухнул обратно в постель, а его рука вернулась на мою грудь.
— Не помню, Насть.
