Он не работает, сидит на шее…
— Да как ты можешь? — возмутилась мама. — У него травма! Ты могла бы предложить оплатить ему операцию! Хотя бы сделать первый взнос, если у тебя так круто пошли дела в гору, но ты даже не думаешь об этом.
Я уставилась на маму. Вдруг сказать правду стало легко и просто.
— Оплатить ему операцию? — повторила я. — Ты это серьезно? Мама, я съехала из-за него. Он приставал ко мне, когда я вернулась с прогулки и дома никого не было. Если бы… Роман Андреевич не остановил его, то… Твой Павел изнасиловал бы меня прямо в коридоре.
Мама вдруг стала перекладывать с места на место тканевую салфетку на тарелке.
— И все? Вы так и будете молчать? — удивилась я.
— Ну не знаю, Насть, — прожевав, сказала Таня. — По-моему, ты перегибаешь. Это же Павлик… Хм, Павел. Он постоянно так шутит.
Я перевела изумленный взгляд на маму. Та сидела, потупившись.
— Мам? — сказала я.
Язык вдруг превратился в наждачку, в горле пересохло.
— Он рассказал мне, — кивнула мама. — Еще тогда, когда ты в первую ночь не появилась ночевать.
Я сидела ни жива, ни мертва.
— И кому же ты веришь, мама? — глухим голосом произнесла я. — Мне или ему?
— Ну… Это не он приехал на дорогой машине, не он не ночует дома, а у тебя явно завелись деньги.
Я подлетела на месте, едва не опрокинув стул. Разговоры за другими столами моментально стихли."
"— Вы…. В-в-ы… — я заикалась впервые в жизни, может быть, потому что изнутри меня било крупной дрожью. — Вы не верите мне…
Я сделала еще один шаг по направлению к выходу, но меня остановил выкрик Тани:
— Эй, ты обещала заплатить!
Глава 23
— Не занято?
Чертов Вася. Так и знала, что он меня сдаст.
Я набрала водителя трясущимися руками, когда выскочила из ресторана, мечтая только об одном, чтобы он как можно скорее увез меня оттуда. «Майбах» привез меня в парк, на набережную, где теперь меня и нашел профессор.
Поразительно, моя семья считает, что я только и могу, что спать с ним, ведь больше мне и платить не за что.
Я пожала плечами и перевела взгляд обратно на реку. Роман Андреевич опустился на парковую скамью.
— Что стряслось? — спросил он, вытягивая перед собой длинные ноги в синих джинсах.









