3
0Понял? Нам нужно туда попасть, пока у дома охраны нет. Как только Захар мужиков поставит усадьбу сторожить, незамеченными нам выйти не удастся!
- Достать смогу, – Ванька оглядел нас хитрым взглядом и шмыгнул веснушчатым носом. – Клянитесь, что меня с собой в табор возьмете! Страсть хочу цыганского медведя увидеть! Говорят, он пляшет под музыку, а еще носит жилет расшитый и портки!
- Нет! – отрезала я. – Ты не можешь с нами идти!
- Тогда одежу сами ищите, - мальчишка показал нам язык и отскочил в сторону. – Вот так вот.
- Я кому говорю! – рявкнула я, надвигаясь на него. – Выпорю!
- Меня даже Степан поймать не может, а вы и подавно не поймаете! – маленький засранец весело закрутился на одной пятке и отскочил еще дальше. – Шустры-ы-ы-й я-я-я!
- Ну, зараза… - Танька тяжело вздохнула, обреченно глядя на меня. – Придется брать. Иначе не уговорим."
"- Ладно, пойдешь с нами, - все-таки согласилась я, и Ванька радостно подбежал к нам.
- Опосля завтрака приходите в конец огорода! Я вас там буду ждать!
Он умчался, отсвечивая грязными пятками, а мы рассмеялись. Парнишка был очень уж милым и колоритным.
Вернувшись домой, мы первым делом отправились проведать нашего ночного гостя и застали его в практически добром здравии. Головин выглядел бледным, под его глазами залегли темные круги, но он уже приветливо улыбался, глядя на нас. Его одежда была вычищена и отутюжена.
- Доброе утро, Павел Михайлович, - поздоровалась я, отмечая, что даже после приступа он не растерял своей зрелой привлекательности. – Как вы себя чувствуете?
- Вашими молитвами, мои дорогие спасительницы, - ответил мужчина, поправляя лацканы сюртука. – Если бы не ваша забота, кто знает, как бы все обернулось.
- Это нужно Захара благодарить, – Таня внимательно наблюдала за ним, словно при свете дня можно было разглядеть то, что скрывала темнота ночи. – Он вас нашел и привез сюда.
- Несомненно. Я обязательно отблагодарю этого человека, - согласился Головин. – Он не будет обижен.
Ну, это мне показалось довольно благородным с его стороны. Если представить на его месте Потоцкую, то вряд ли бы она вообще вспомнила о простом мужике.
- Я слышал, что барыня Потоцкая в попечители к вам метит? – вдруг спросил мужчина, будто прочитав мои мысли. – Так ли это?
- Нам никто об этом официально не заявлял, но мы тоже наслышаны о ее стремлениях сделать нашу жизнь прекраснее, - насмешливо ответила я. – Вот только нас никто не спрашивает, хотим ли мы этого.
- А никто и не спросит. В наше время в вашем возрасте замуж можно, а вот имуществом распоряжаться не смей… - Головин с искренним сожалением посмотрел на нас. – Ей земли нужны, тут и дураку понятно. А еще и заводик к рукам прибрать. Как бы ее не возносили, но человек она нехороший, это я вам точно говорю. Сталкивался с ее «добротой».
