Помещицы из будущего

Остап молча выслушал нас, потом позвал парня, который вместе с другими по очереди гонял коров, и мы вчетвером отправились смотреть на пастбище.

Майский день радовал хорошей погодой, жужжали насекомые, в леске щебетали птицы, а легкий ветерок ласково развевал выбившиеся из-под платка пряди. Мы шли по старой грунтовой дороге, лениво переговариваясь и щурясь от яркого солнца.

С правой стороны искрилась поверхность реки, в которой отражалось голубое небо. По нему пробегали пушистые облака, похожие на порванную вату, а в вышине парил ястреб-перепелятник. С левой же стороны раскинулись бесконечные поля, которые, видимо, и арендовал у нас сосед. Как раз между полем и рекой расположилось пастбище продолговатой формы.

- Вот это и есть выгон, - сказал пастух, после чего помахал сидящим под деревом парням. – Егор! Никифор!

Они направились к нам, а Таня, не став их ждать, пошла в сторону реки.

- Барышня? – удивленно и растерянно улыбнулся молоденький пастушок в длинной неподвязанной рубахе. – Это вы, что ли?

Его товарищ оказался более сообразительным. Он толкнул его локтем под ребра, а сам поклонился мне.

- Чего изволите, барышня?"

"- Пока ничего. Осмотреться надо бы, - ответила я, наблюдая за Таней, расхаживающей по пастбищу. – Я позову, когда понадобитесь.

Парни опять низко поклонились, а я пошла к подруге, которая приблизилась к реке и остановилась у воды.

- Это никуда не годится, - не оборачиваясь, сказала она, услышав мои шаги. – Тут бы провести поверхностное улучшение… расчистить участок, уничтожить кочки, кротовины, убрать камни…Травы подсеять. Мятлик, лисохвост, белый клевер, овсяницу… Ту же люцерну… Место хорошее, далеко коров гонять не надо. Но, увы, это пока нереально. Ты еще на подходы к реке посмотри! Скотине ведь чтобы напиться, нужно так извернуться, что не дай Бог! Она же вязнет здесь! А от жажды пьет из луж и болот. Вот тебе и паразиты!

- И что ты предлагаешь? – поинтересовалась я, отмахиваясь от назойливых насекомых.

- Искать другие места для выпаса. Надо пастухам приказать, чтобы взялись за это дело. Их никто долгое время не контролировал, вот они и ленились. Зачем им куда-то идти, что-то искать, если под боком вот это вот… А животные страдают, – Таня обернулась и посмотрела на парней. – Пойдем, уму разуму учить охламонов этих.

А по возвращении домой нас ждал сюрприз. В усадьбу прибыл Николай Григорьевич собственной персоной. Сначала мы увидели довольно дорогую коляску, а потом услышали неприятный, визгливый голос, доносящийся из открытых окон.

- Это еще кто? – Таня подошла к дому и поманила меня пальцем, которым потом показала на ухо. Намекая, что надо бы подслушать под окнами, перед тем как войти.

- Знаете ли, Аглая Игнатьевна, это уже ни в какие ворота! – возмущенно говорил незнакомец.