Оперативный псевдоним

Значит, целенаправленного интереса к ним еще не проявляли. Макс отпер кейс, извлек тщательно упакованный пакет, а чемоданчик вместе с удлиненным демисезонным пальто и темно-синей шляпой через верх передал напарнику. Взамен тут же получил дождевик и яркую сумку. Он взглянул на часы. Сейчас в аэропорту появились сотрудники советского посольства, в том числе и установленные разведчики, которые враз сконцентрировали на себе внимание агентов ФБР.

Второй номер вышел из кабинки, вымыл руки, разглядывая себя в зеркало, смыл чуть заметные остатки клея над верхней губой. Теперь он выглядел неотличимым от прибывшего дипломата. Придерживая пальцем черный «атташе», Карданов-2 вернулся в зал и через несколько минут был тепло встречен представителями посольства, которые, обступив гостя со всех сторон, быстро повели его к машине.

Карданов в парике, очках и усах, мятом дождевике и с приметной сумкой через плечо, покинул туалет через четверть часа. Силы ФБР уже оттянулись на перспективные фигуры, он никого не интересовал. Старательно прихрамывая, Макс вышел на площадь и взял такси до Брайтон-Бич. Отпустив машину, он прошел несколько кварталов и, не обнаружив наблюдения, вновь нанял таксиста. Третьеразрядный отель «Луна» находился в получасе езды, там всегда имелись свободные номера, Макс попросил четыреста третий – в конце коридора рядом с запасной лестницей. Ровно в полночь он незамеченным спустился вниз, дошел до перекрестка и, открыв заднюю дверь, сел в черный «Линкольн», который немедленно тронулся с места.

– Все в порядке? – спросил человек за рулем. На нем был черный плащ с поднятым воротником и надвинутая на глаза шляпа, но специальный курьер легко узнал Джека Голла.

– Да. – Макс положил на переднее сиденье увесистый пакет.

– Передайте господину Евсееву: чтобы мы могли продолжать действовать эффективно на теперешнем уровне, нам требуется два миллиона долларов. Но в силу особых обстоятельств возник серьезный кризис, и, чтобы выбраться из него, нам надо еще два миллиона.

– Я передам, – ответил Карданов. Несмотря на выполненное задание, настроение у него было скверным. Голл никогда не писал расписок и редко пересчитывал деньги, поэтому любые шероховатости могли выйти для курьера боком. Если Джек заявит, что недополучил сто тысяч, – кому поверят?

– Всего четыре миллиона, – повторил главный коммунист Америки, останавливая машину на плохо освещенной улице.

– Передам. – Макс выбрался наружу и побрел к стоянке такси.

Евсеев требовал личного отчета по крупным суммам и политически важным партиям, поэтому через тридцать четыре часа он передал просьбу по назначению. Всегда сдержанный и корректный, Леонид Васильевич неожиданно выругался.