3
0К тому же я показал кое-кому, никто его не знает.
– Ладно. Кончили с ними...
Тахиров хотел еще что-то спросить, но сдержался.
– Иди, Гуссейн, готовь машину. Скоро поедем.
И лишь когда тот вышел, задал свой вопрос:
– Что по Барже?
Кондратьев усмехнулся.
– Заглотнули глухо! Ищут Рубена с Суреном, еще какого-то ханыгу к ним пристегнули, тоже ищут...
– Ну пускай ищут... Как Биток?
– Суетится, пытается выйти в верховые. Ну да посмотрим... Если сейчас не развалятся, можно повторить... Но мне кажется, Биток под нас подведет. У него не такой гонор, как у Баржи.
– А менты поверили?
– Не знаю, надо поинтересоваться.
– Поинтересуемся... А в чем проблема со Степнянском?
– Там казаки что-то затевают. Хотят рынок под себя взять и вообще прут внаглую...
– Давай, выезжай туда, поговори со Степаном... Пусть он забьет стрелку с ними, разберись. Сразу стрельбы не надо, постарайся по-хорошему все объяснить. А если не поймут, пошлем Клима с бригадой... Ясно?
– Ясно. Тогда я сейчас и поеду. Дорога такая – только к обеду доберусь...
Оперсостав.
Утро – пора совещаний. Пока все на местах, пока ясная голова, пока можно скорректировать планы на день, дать или получить задания и установки, – словом, самое удобное время.
В этот день в Тиходонске проводилось не менее тысячи или десятка тысяч совещаний – разного уровня и степени важности. Точную статистику их не определит никто, потому что если оперативка по снегоуборке в городской администрации несомненно заслуживает включения в отчетность, то обсуждение грабителями Сизым и Мишкой планов расправы с зажавшим общий полтинник Генкой – вряд ли.
Между этими, полярными по значимости (хотя вряд ли Генка согласится с тем, что затронутая подельниками тема является маловажной) совещаниями располагалось великое множество других.
В Центральном райотделе личный состав уголовного розыска обсуждал нераскрытые убийства.
– Похоже, что между расстрелом в «Якоре» и двумя трупами на Мануфактурном, 8 имеется связь, – грузноватый подполковник Савушкин – замнач райотдела по оперативной работе, он же начальник криминальной милиции, обвел усталыми, с красными прожилками глазами тесно набившихся в кабинет молодых, изрядно затурканных жизнью парней.
Самым старшим среди них, как по возрасту – тридцать два, так и по стажу работы – девять лет, был начальник УР майор Рожков. Он кивнул и неожиданно тонким голосом сказал:
– Кто-то целенаправленно мочит речпортовских. По «Якорю» у нас есть информация, там вроде двое армян замешаны – Рубен Саркисян и Сурен Манукян. Хотя...
Рожков вздохнул.
– Источники темные, попытался проверить – ничего не вышло. Скорей это не информация, а слух. И сами эти двое не что-то особенное...
