4
0
Алену было еще только четырнадцать лет, и я надеялась, что он сумеет научиться всему тому, что должен уметь делать по хозяйству настоящий мужчину. Хотя пока особого интереса к делам он не проявлял, просто выполнял то, что я ему велела. А сегодня перед обедом и вовсе взбрыкнул, сказав, что не станет ходить больше к ручью за водой, потому что тропинка была узкой, и забираться на угор с тяжелым ведром было неудобно. И только когда я объяснила ему, что без воды не будет и никакого обеда, он нехотя сделал то, о чём его просили.
Мне совершенно не понравился этот бунт на корабле, но я прекрасно понимала, чем он был вызван. Гертруда продолжала вести себя как отправленная в изгнание королева — так с чего бы ее детям было вести себя по-другому? Нам с сестрой давно следовало откровенно поговорить, но каждый день я откладывала этот разговор на завтра, боясь, что он совсем нас рассорит.
После обеда я приступила к резке стекла. И вот этот процесс уже вызвал у Алена неподдельный интерес.
Тренироваться я стала на тех обломках стекол, что мы достали из кухонного окна. Освободила стол, выбрала из всех реек самую прочную, взяла у Табиты перстень. Для замеров я использовала обычную веревку — ею был перевязан один из наших сундуков.
Но всего этого поначалу оказалось мало. Резать стекло острым концом бриллианта оказалось не так-то просто. Стекло трескалось, ломалось, а когда я порезала им руку, то почти взвыла от отчаяния. Похоже, до приезда мастера Меридо нам придется ночевать в доме с незастекленными окнами. Хорошо еще, что дни пока стояли теплые. А вот ночью не спасал уже даже теплый плащ. Да и дров на обогрев дома требовалось слишком много.
— Позволь попробовать мне! — попросил Ален.
Я отступила от стола, радуясь тому, что он не остался безучастным. И как ни странно, но у него дело пошло гораздо лучше. Мы с Табитой завороженно следили за тем, как он разделил стекло на тонкие полоски.
Но с большим стеклом с первого раза не получилось даже у него. И когда оно лопнуло, он досадливо стукнул по столу. Я боялась, что он всё бросит, но нет — он взялся за другое стекло, и через полтора часа мы всё-таки застеклили первую раму. Молотка у нас не было, и гвозди пришлось забивать гладким камушком, который Сэмюэль притащил с дороги.
Полюбоваться плодом наших трудов пришла даже Гертруда. Начало было положено, и по этому случаю мы устроили себе праздничный ужин. Табита запекла в печи мясо с овощами, добавив туда какую-то травку со двора, и по всему дому разлился такой аромат, что у меня потекли слюнки. А еще у нас были свежий сыр и чай с молоком.
Мы пировали, но глядя на это изобилие на столе, я не могла не думать о том, что если у нас не появится какой-то источник дохода, то скоро мы не сможем позволить себе покупать продукты у Булонов.
