39
0Невероятно редкий и ценный. Тот самый, который только что упомянула. И за которым сама гонялась не один месяц.
— Пространственный карман, — коротко пояснил демон в ответ на мой ошарашенный взгляд. — Выкладывай на нужное место и рассказывай, что с ним делала.
— Хочешь полностью повторить призыв?
Мне вдруг стало не по себе — будто сквозняком потянуло в наглухо закрытой, без единого окна комнате, вызвав у меня противный, колкий озноб.
— Не беспокойся, я полностью контролирую ситуацию, — дернул уголком губ снежный. И произнес уже жесте и настойчивей: — Клади.
И я положила.
Везет же некоторым. Я такой лишь у отца и деда видела. У ректора, скорее всего, тоже есть, и у пары-тройки наставников — не больше. Заклинания высшего уровня доступны немногим. Принц ты или нет, а если резерва не хватает, дополнительное хранилище при всем желании не создашь и к себе не привяжешь. Мне с моим нестабильным огнем о подобном и мечтать пока не приходится.
И это у Дамиана дар еще не до конца раскрыт? Что же произойдет, когда он полностью проявится?
Минут через пятнадцать все артефакты были расставлены, подвергнуты тщательному детальному осмотру, даже ощупаны, и последовала команда:
— Формула призыва.
Да пожалуйста.
Отодвинулась от пентаграммы — на всякий случай, вдохнула полной грудью, потянулась к внутреннему источнику, щедро черпая из него, чтобы в нужный момент активировать артефакты, и затянула речитативом:"
"— Рийх гро улсэ шэарх-та…
Строчки послушно, без задержки, всплывали в памяти, линии контура постепенно наливались ровным приглушенно-оранжевым цветом, указывая на то, что все идет правильно.
— Кванаран — поставила я точку.
Центр пентаграммы ярко полыхнул, раскрываясь бездонной пропастью, и оттуда полезло клыкасто-шипасто-зубастое нечто. Огромное и, кажется, ядовитое, если судить по зеленой слюне, что капала из широко разинутой пасти.
— Фаэрнис заступница! — ошарашено выдохнула я.
Это что, у них там саламандры такие? Тогда лучше уж очередной демон, честное слово. С ним хоть поговорить можно. И даже договориться… Теоретически.
— Саах-аш, — повелительно крикнул Дамиан, подаваясь вперед и резким движением отбрасывая меня себе за спину. — Тах-нир.
Пентаграмма зашипела — а, может, шипела не она, а то чудище, что сейчас сюда протискивалось — запылала еще ярче, уже не алым, а морозно-синим цветом, и схлопнулась, отбрасывая в миры хаоса создание, которое пыталось к нам прорваться.
