1
0
Когда же?
Ну, когда?
Приближение снежного я почувствовала раньше, чем увидела его самого. Внутри словно натянулась тугая струна. Сильнее… Еще сильнее…Сердце сжалось, дыхание сорвалось, огонь с ревом устремился по венам, а потом дверь распахнулась, и я услышала сквозь шум в ушах:
— Хэссэ Дамиан, Брейтон и Террелл, а также сопровождающие их даймы…
Гости переступили порог, неспешно двинулись по залу, и он начал преображаться буквально на глазах.
Окна и стены покрылись морозными узорами — теперь там, в причудливом переплетении белых нитей, распускались диковинные цветы и мерцали огромные, будто сотканные из тончайших лучиков, звезды.
Настоящее зимнее чудо.
Отовсюду неслись изумленные вздохи, восторженные восклицания. А я лишь мельком отметила все это, подумав, что холоднее в зале не стало. Мое внимание было приковано к одному-единственному существу — к моему демону, вокруг которого закручивались маленькие снежные вихри, волнами разбегавшиеся по залу.
Дан шел ко мне, с каждым шагом становясь все ближе и ближе, пока не замер напротив, на расстоянии вытянутой руки.
— Позволите пригласить вас на танец?
— Да…
Мужская рука мягко опустилась на мою талию.
Дамиан притянул меня к себе, улыбнулся, заглянул в глаза. Я выдохнула, расправила спину, вложила пальцы в его ладонь, и мы медленно заскользили по паркету.
Шаг… Поворот…
Теплые руки на моей спине. Сила и нежность одновременно.
Еще поворот… Мгновенный полет, и мягкое скольжение вниз в его руках.
Пламя кипело в моей крови, тянулось к демону — и я, уже привычно, распахнула свой источник. Отдавая огонь. Вбирая в себя рванувшийся мне навстречу лед. Мы снова стали единым целым, как тогда, в храме тьмы.
Рядом кружились другие пары. Вот промелькнули Анника с Нукаром, Илетта с Терреллом. Промелькнули и исчезли, уносясь далеко-далеко. Оставляя нас одних в целом мире.
Дамиан не сводил с меня глаз. Я тоже не могла оторвать от него взгляда. Так мы и смотрели друг на друга, почти не замечая никого вокруг. И я растворялась, таяла, снова возрождалась, уносясь куда-то в небо, от охватившего меня странного, томительного, всепоглощающего чувства.
Мне о многом хотелось его спросить, но потом… позже. Сейчас все вопросы казались лишними. Хотя нет… Один все-таки остался, сам собою сорвавшись с губ:
— Твои глаза и волосы… Я видела, как они изменились во время боя. А сейчас опять вернули прежний цвет. Осталась только она…
Я коснулась белой прядки у виска Дана, которую демон уже не прятал, а, наоборот, словно специально выставлял напоказ.
