Некровные узы

Боже, нравится… — всхлипнула я, чувствуя, как стремительно умирают секунды до моего падения в пучину экстаза, пока он с упоением вдалбливается в меня, наслаждаясь вседозволенностью; как мышцы внутри напрягаются и начинают пульсировать, плотнее стягивая член.

— Сожми сильнее, Тина. Забери меня до капли.

Оргазм обрушился на меня громко и бурно: я выкрикивала имя Алекса, всё ещё моля его не останавливаться, пока он выплёскивал своё удовольствие в меня, прижимаясь влажным виском к щеке.

Глава 34

Свадебные приготовления были почти закончены, и уже меньше, чем через месяц я должна стать законной миссис Мерфи. Была ли я счастлива? Чертовски. Мой организм прекрасно адаптировался к беременности, и, к счастью, токсикоз, которым пугают на форумах будущих мам, был мне незнаком.

— Последний штрих, Тина. Свадебный букет. Как насчёт чайных роз? — Келли Уэстбрук подняла идеально выщипанную тёмную бровь, выглядя в этот момент точной копией героини Кэрри Вашингтон из Скандала.

У меня не было причин не доверять вкусу и опыту Келли, поэтому я утвердительно кивнула. Думала ли я, что когда-нибудь буду так счастлива? Наверное, нет. Потому что у меня самое роскошное платье от «Веры Вонг» и самый прекрасный жених на свете. И конечно, ребёнок. Неужели ещё месяц назад я всерьёз волновалась о том, что подумают обо мне в университете? Разве чужое мнение может быть мерилом собственного мироощущения? Если ты счастлив, значит, всё делаешь правильно.

Обсудив с Келли рассадку гостей на церемонии, я поцеловавала её на прощанье и вышла на улицу, где меня ожидал Эйб.

— Новая машина? — я с удивлением оглядела глухо тонированный чёрный «Мерседес» эС-класса. — А что не так с «Мэйбахом»? Он ведь был совсем новым.

Если смена автомобиля как-то и беспокоила Эйба, то он вида не подал: лишь пожал плечами, открывая передо мной дверь.

— Распоряжение мистера Мерфи. Пригнали сегодня.

По дороге домой мы остановились в двух приглянувшихся мне бутиках, в которых за последний месяц, я, кажется, побывала не меньше пяти раз, скупая всю понравившуюся мне детскую одёжку: от милых распашонок до хрустящих комбинезонов, отороченных пушистым мехом. Каждый раз, когда я возвращалась домой с очередным ворохом пакетов и начинала оживлённо демонстрировать их Алексу, он тихо смеялся, а потом переводил мне на карту еще денег. Казалось, моё рвение его забавляло. Сумасшедшая мама — это, определённо, про меня.

Пока я садилась в машину, увлекая за собой два бумажных пакета с розово-голубой массой, то боковым зрением заметила большой, грозного вида внедорожник, едва не касавшийся угловатым бампером багажника нашего «Мерседеса».

— Эйб, — отчего-то я шептала, словно кто-то мог нас подслушать, — тот автомобиль позади нас.