7
0И вряд ли я буду считаться хорошим мужем, если буду вешать на свою жену проблемы, которые она при всём желании решить не сможет, и которые, с большей вероятностью, лишат её здорового сна.
По телу прокатился неприятный озноб от осознания того, что у Алекса могут быть серьёзные трудности в его и без того опасном бизнесе, а я ничем не могу ему помочь. Я была не настолько наивна, чтобы не понимать, что в мире незаконного оборота оружия разногласия вряд ли решаются в суде.
— Алекс, — я невольно сжала стебли роз, так что шипы впились в кожу, — мне страшно...
Я хотела сказать, что мне страшно за него, что наша хрупкая, едва начавшаяся налаживаться жизнь в одночасье рухнет. Что нехитрый пазл моей жизни состоит всего из нескольких кусочков, и его, самый яркий, стоящий по центру, я потерять не могу, потому что тогда картинку можно просто выкинуть. Но вместо этого молча разглядывала каплю крови, выступившей слезой на пальце.
— Посмотри на меня, Тина, — Алекс мягко обхватил мой подбородок и потянул вверх. — Тебе не о чем беспокоиться. Вам с моим ребёнком ничего не угрожает. Я прошу тебя это запомнить, потому что, как уже говорил, не собираюсь тебе лгать. Со мной ты в безопасности, и даже когда меня рядом нет, ты всё равно в безопасности и под моей защитой. Нужно просить тебя повторить?
Я глубоко втянула охлаждённый кондиционером воздух, чтобы спрессовать эмоции, тянущиеся влагой к глазам, и кивнула.
— Ты только береги себя, пожалуйста. Потому что сейчас ты не один. У тебя есть мы. И я просто не знаю, как жить без тебя. Потому что так сильно, — от переполняющих эмоций я прижала ладонь к груди, — что вот здесь болит, люблю тебя. У меня ведь всю жизнь, кроме отца и подруг, никого не было. И я была уверена, что если их потеряю, то никогда не оправлюсь. Потеряла их, но до сих пор стою на ногах, потому что есть ты. Но твою потерю я не переживу, потому что ты моя семья, которую я сама выбрала.
Губы Алекса дрогнули в улыбке, однако, глаза оставались серьёзными.
— Спорное утверждение, Тина. Я подделал документы, чтобы поселить тебя в свой дом, и, по-твоему же собственному утверждению, сделал тебя своей пленницей. Вряд ли это можно назвать выбрать себе семью.
— Но любить себя ты не мог заставить. Это я тебя выбрала, чтобы ты там не считал.
По лицу Алекса невозможно было прочесть его мысли в тот момент, как, впрочем, и всегда. Запустив пальцы в волосы, он прижал мою голову к своему плечу и уставился в окно."
"Через полчаса наш автомобиль остановился возле двухэтажного кирпичного здания в Сохо, самого модного района Нью-йорка, славившегося своими атмосферными кафетериями, множественными арт-галереями и цветущей богемной публикой, неизменно наводнявшей его пестрящие витринами улицы.
