Чтобы та не присела и не проскочила между рук, расставил ноги по ширине плеч, готовый в любой момент предотвратить побег.
Степан возбудился. Ему хватило одного взгляда на крутые бедра Потеряшки, чтобы похоть забурлила в крови, подогретая алкоголем и злостью. Последнюю щедро кормила сама девочка, дразня его.
Женя перестала вырываться, как только почувствовала его бедра, прижатые к её. С губ девушки сорвался не то полустон, не то полувскрик. Тело напряглось.
Степан больше не нежничал. Не пытался сдерживаться. Он жадно брал то, что пришло к нему в руки. Сначала дурманящий сладкий запах кожи и волос.
Она вся ему нравилась.
Ладная. С толикой безумства. Или отчаяния. Разбираться не хотелось. Особенно сегодня.
Степан демонстративно шумно втянул в себя воздух и даже зарылся носом в распущенные пшеничные волосы Жени.
– Правило первое, Потеряшка. Запоминай, пока дядя Степан почти добрый и готов ещё разговаривать, – он склонил голову и прошелся губами по открытому участку кожи шее Жени.
Чтобы слова не расходились с делом, Степан одну руку направил вниз и сжал ягодицу девушки.
Глава 15
– Простите, я временно не беру индивидуальные уроки.
Женя примирительно улыбнулась. Она не любила отказывать. Вернее, не умела.
Правильно про неё Барсов подметил. Когда есть крайняя необходимость, она голову втягивает в плечи и идет на поводу у других.
Клиентка зала улыбнулась в ответ.
– Как появится окно, дайте знать. Я хочу более углубленно изучить некоторые асаны, мне кажется, я не понимаю, как их делать.
Женя слушала клиентку вполуха. Надо бы сосредоточиться на разговоре, а у неё мысли где-то гуляли.
Хотелось прервать беседу и уйти.
Повод у неё был. Вернее, есть.
Её день рождения.
Вот и исполнился Жене двадцать один год. Земля не закрутилась в другую сторону, небеса не разверзлись. Ничего не изменилось. Абсолютно.
Лишь у неё в голове что-то щелкнуло.
С утра звонила мама. Поздравляла и желала всего самого-самого.









