2
0
Но какой-то жёсткий принципиальный стержень внутри, держит и напоминает, сколько было потрачено доверия впустую в прежней жизни, сколько обидных осечек и обмана пришлось пройти. Так неужели я ничему не научилась?"
"Научилась! Поэтому сижу как Снежная королева и давлюсь завтраком, делая вид, что не вижу затравленного взгляда напротив, измученного бессонницей лица и уныло опущенных плеч.
Зато наш принисипале просто в ударе! Его молодильная микстура уже практически не работает, но он решил добить её до конца. Обещался испить дозу и препроводить меня к Храму короткой дорогой и показать все тропы, чтобы на обратном пути круги не мотала.
Перед уходом лишь киваю Костику, а так хочется броситься на грудь и повиснуть, обняв за шею, и ощутить его крепкие объятья и родное тепло!..
Если бы я только знала, если бы могла предположить, какой ужас с нами случится совсем скоро! Никогда не прощу себе эту глупую гордыню, наигранную холодность, убивающую то самое, что и так скоро повиснет на волоске…
* * *— Ты не должна обижаться на Берти, таковы законы Абекура, — Джакопо молодой и красивый сопровождает меня в Храм и одновременно пытается выгородить своего подопечного, — если наследнику исполнилось тридцать, а он никого не выбрал в жёны, то король волен сделать выбор сам. Ригондо первый раз женили так же, и ничего! Знаешь, как он любил Констанс — мать Берти?
— Как?
— Сильно он её любил, очень! И горевал ужасно, когда она умерла.
— А, что с ней случилось? Она же была ещё молода…
— Всё покрыто мраком, — вздыхает.
— Грустная история, — сочувствую, конечно, но в их средневековье никто бы не стал разбираться, если они тут свинцовые сервизы друг другу презентуют, не мудрено. А Джакопо возвращается туда, откуда начал,
— Ригондо решил последовать примеру своего отца и найти Берти жену на свой вкус, кто же знал, что он тебя встретит?
— А королю наплевать, что сын, возможно, не одобрит выбор?
— Ригондо — не враг Роберто. Он предусмотрел всё. Думаешь, это исключительно политический брак?
— Ничего не думаю, — я хочу, чтобы мой провожатый всего лишь заткнулся, но он почему-то считает, что обязан посветить меня во все тонкости, —
— Флор, насколько я слышал, красива, умна, талантлива и получила достойное воспитание. Не старше тебя, даже думаю, моложе, благородных кровей, — он невесту нахваливает, а такое чувство, что каждым комплиментом в адрес этой треклятой Флор, забивает по огромному острому гвоздю в крышку гроба под названием «Наши отношения с Костей».
