Королевство иллюзий

Но это для меня маленького, а для кого-то ключевого, главного.

И вот уже вижу, как молодой красавчик Барт кокетничает с фрейлинами матери, как радуется за Ригондо на его свадьбе, как всерьёз ухаживает за Валерией, предлагает ей руку и сердце, а потом, как у счастливой четы герцогов Новельских рождается один за другим пятеро детей! И все довольны!

У Бартоломео искренний и чистый взгляд состоявшегося в жизни мужчины: семья — полная чаша, детишки, как на подбор, один краше другого и светленькие в него, и тёмненькие в герцогиню, и любимая женщина рядом…

А параллельно величественный Ригондо Шестой правит справедливо Абекуром, на всё у него хватает внимания и сил, и на королевство, и на двоих сыновей — красавцев, и на любимую супругу Констанс.

Вот он выговаривает старшему Роберто, что пора остепениться и подумать о женитьбе, а мой любимый, не желая поднимать эту тему, всё оборачивает в шутку,

— Все принцессы не те! Разве, что богиню замуж позвать! — за что тут же получает от короля весомый подзатыльник,

— Не гневи Дадиан, обормот! — от этого сжимается сердце: они меня боятся! Даже короли!

Тут появляется Её Величество королева Констанс, высокая, статная, сдержанная и утончённая в своей красоте и величии, только не в любви к сыну. Она проплывает лебедем мимо Ригондо, а он только шею не сворачивает, любуясь каждым её движением, и во взгляде столько любви и счастья!

— Ты несправедлив, мой дорогой, у нашего Берти судьба особенная! — корит супруга, нежно перебирая волосы сына, опустившегося к ней в поклоне, и тепло по-матерински, а вовсе не по-королевски целует его в макушку. Берти совершенно счастливо, порывисто прижимается к матери, обхватив её руками, и меня обдаёт острой болью, как же легко и бездарно я лишила его детства и материнской любви в прошлой жизни."

"Изменения расходятся широкими кругами, подобно тем, что идут от брошенного в воду камня. И вот уже в доме на холме дедушка Джакопо живой и здоровый, дослужившийся до высоких чинов и сам выпросившийся на заслуженный отдых, возится со своими милыми внучатами Амадеусом и Микеле, а немного поодаль светло улыбаясь сидит счастливая Жюстин…

Одна исправленная давняя ошибка повернула ход истории Абекура в совсем ином направлении. Я испытываю чувство, которое у простых смертных, кажется, называется счастьем.