2
0
— Привал, Наитерпеливейшая, надо немного отдохнуть, — очень своевременно, у меня ноги уже горят огнём в зимних ботинках! И ещё назрел вопрос,
— В Обероне дороги предусмотрены? Или только козьи тропы?
— Предусмотрены, — успокаивает, — но нам светиться не стоит, к тому же так короче.
— Ты, всё-таки, опасаешься показываться на глаза? — логично, если его пытались убить, хотя и давненько.
— Не хочу тебя показывать, — а вот это мне совсем не нравится,
— Боишься мной распугать подданных?
— Боюсь показать насколько доступна Величайшая Дадиан для простых смертных. Всё же у нас определённые традиции и почитание богов, а тут одна из них по дорогам бродит…
— Не находишь это странным? — ну же, Берти, самое время прозреть!
— Что им всем объяснять, что у тебя память отказала? — вздыхает.
— И правда, хреновая идея…
От озёрной глади веет прохладой. Я даже нашла небольшой тенёк и рухнула прямо в траву. Спихнула с горящих ног свою адскую обувку и наслаждаюсь. Мой сопровождающий последовать примеру не спешит. Прошёлся под деревьями, чего-то там надрал с веток, с его ростом не трудно, и принёс мне,
— Вот, попробуй! — протягивает крупный оранжево-розовый мохнатый персик, спелый, ароматный.
Принимаю, принюхиваюсь, запах — чудо,
— Запретный плод? — у нас всё, как по Ветхому Завету: райские кущи и почти яблоко, только предлагает его отведать на этот раз мужчина.
— О чём ты?
— О люди! все похожи вы
На прародительницу Эву:
Что вам дано, то не влечет,
Вас непрестанно змий зовет
К себе, к таинственному древу;
Запретный плод вам подавай:
А без того вам рай не рай.
— Божественные речи! Какие рифмы, любимая! Только Наимудрейшая Дадиан способна творить высокую поэзию!
— Вообще-то, Пушкин, — конечно, лестно слышать похвалу, но Александр Сергеевич, как говорится, наше всё, так что присваивать авторство не буду. Хотя обмануть в этом вопросе проще простого.
— Пушкин? — повторяет эхом Костик, — такого бога я не знаю!
— Напрасно! Вернёмся назад, будешь его труды изучать!
— Вернёмся?!
— А ты, как думал? Мне на работу послезавтра! — он немного растерян, а я не могу устоять, надкусываю соблазнительную мякоть, крышесносно!
Никогда ещё не доводилось пробовать настолько вкусных персиков. Сладкий медовый вкус, умопомрачительный запах и сок, брызнувший из-под моих зубов, потёкший липкими струйками сквозь пальцы! Смеюсь, собираю губами, захлёбываюсь этим божественным нектаром. В какой-то миг поднимаю глаза на Костю, хочу поблагодарить за такую вкуснотищу и вижу, как в его взгляде зарождается красноречивый огонь. Понимаю без слов, считываю молчаливый вопрос сразу и ещё не успев ответить, попадаю в плен его губ.
