Королевство иллюзий

О гроте никому!

— Клянусь, Наисветлейшая! — Пеппе исполнен достоинства и понимания, какая великая миссия на него возложена, и я верю, что не проболтается.

Страшно ли мне войти в портал? Да! Но я боюсь не болтанки и гула, меня холодит от ужаса, что потеряю в воронке Костю. Его под тяжестью собственного веса вытолкнет, а меня нет, тогда он там так и умрёт в моём холодном доме без помощи. Поэтому все мысли заняты тем, как его прикрутить, чтобы не покалечить ещё больше изрезанную спину, но в то же время, не потерять.

Он очень тяжёлый и ни капли нам с Пеппе не помогает. Попытки хотя бы немного его расшевелить оказываются тщетны. Не знаю, где мы со стариком находим силы, чтобы дотащить его до грота, а потом, сбивая ноги о камни, до нужной расщелины в скале. Хорошо, что есть хотя бы какой-то свет от факелов, а так, не знаю, что бы у нас получилось. Ничего толковее, чем связать поднятые вверх Костины руки в запястьях и накинуть петлёй мне на шею, придумать не удалось. Последние три шага перед порталом, практически тащу его на себе, потому что третьим Пеппе в расщелину не пролезть.

Глава 28

Перед этими последними шагами немногословный старик всё же спрашивает,

— Наисветлейшая, пожалуйста, ответьте!

— Спрашивай, Пеппе, — я уже мысленно вызваниваю фельдшера скорой Миху, потому что мне необходимо оказаться с любимым в конкретной больнице, а посёлок обслуживает другая, но ответить должна. Я слишком много должна этому человеку, не только слова.

— Вы не убьёте эреде? — впервые слышу, чтобы так называли Костю, слово понятно — «наследник», но не прямой перевод, а с оттенком непередаваемой теплоты и нежности, вроде как «сынок».

— Пеппе, ты в своём уме? — мне и так тяжело, а своим вопросом он меня, чуть ли не сразил наповал, — я тут выбиваюсь из последних сил, чтобы его спасти, а ты подозреваешь, что забираю убить? — старик смущён, но, тем не менее, поясняет,

— Но, как же? После соития с богиней… — дальше я знаю, может не договаривать. Но не в моих интересах сейчас раскрывать все карты, а то чего доброго, побоится отпускать со мной драгоценного эреде, поэтому спокойно, вернее, как можно спокойней отвечаю,

— Я слишком сильно люблю Вашего герцога, — и ведь ни капли не кривлю душой, — больше собственной жизни люблю, так что он в безопасности.

— А, как узнать о его дальнейшей судьбе, Наивеликодушнейшая?

— Я скоро вернусь, — мне вообще, хочется закрыть за собой этот чёртов портал! Заварить его автогеном с той стороны и никогда не вспоминать! Но понимаю, что не вправе вершить чужие судьбы, да и перед Джакопо стыдно. Он жизнь положил, а получается впустую? Костя поправится и снова полезет в этот змеиный клубок, как бы не отговаривала, — мы вернёмся.