6
0
— Готов, — я кивнул, — но разве мы не полетим на дирижабле до юга, а потом на корабле?
— А зачем? — она явно удивилась моему вопросу, — я понимаю, что до полной силы мне далеко, но уж на переброску троих, включая себя, у меня силы хватит, не переживай. Просто держитесь поближе ко мне, и всё будет хорошо.
Я кивнул, а Арсений просто подошел ближе. Богиня же тем временем выпустила свою силу на волю, и вокруг нас закрутился смерч из всех цветов радуги. Не знаю почему, но я вдруг понял, что стоит только коснуться этой силы, и меня развеет по ветру без каких-либо вопросов, поэтому прижал поплотнее руки к корпусу и приготовился к переносу. А через несколько секунд смерч резко исчез, а я почувствовал, как в лицо ударил горячий до невозможности ветер.
— Ну вот, раз, и мы в пустыне, — богиня улыбнулась, — а так пришлось бы тратить на поездку несколько дней минимум, и зачем нам это?"
"Я хотел было ответить, как вдруг вдалеке раздался громкий рёв разъярённого зверя. М-да, кажется, нас ждёт веселье, хотя когда у нас было по-другому?
Глава 10
* * *Москва. Гостевой дворец Оболенских.
Глубоко под землей, в большом зале, оборудованном по последнему слову техники и магии, собралась компания из двадцати человек. Все они были давно и очень хорошо знакомы друг с другом, поэтому сразу же приступили к делу.
— Оболенский, ты обещал нам, что Распутины будут унижены, но случилось все ровно да наоборот, — со своего места поднялся Лопухин, — и как это понимать? Мой род уже потерял десять процентов своих доходов, а все потому, что сразу три рода отказались дальше вести с нами дела из-за того, что произошло на совете князей.
— Князь, я понимаю ваше возмущение, — мягко заговорил Оболенский, вот только, судя по холодному взгляду, он был сейчас совсем не в настроении, — но потери понесли все, не только вы, так что я бы попросил быть чуть вежливее. Тут все равны, и именно из-за этого я вас собрал, чтобы понять, как нам устранить проблему в лице Распутиных.
— Да объявить войну родов, да и всё, — махнул рукой звероватого вида мужчина лет тридцати, — род Левашовых в моем лице готов хоть сегодня это сделать.
— Не все так просто, князь, — Оболенский отрицательно покачал головой, — война родов может быть санкционирована только императором. Если раньше у нас были хоть какие-то права, то теперь их отобрали, а романовские псы рыщут носом землю в поисках того, кого можно уничтожить во благо империи. Нет, действовать нужно хитрее, я бы даже сказал, с фантазией, — на лице Оболенского появилась хитрая улыбка, — и я даже знаю как.
— Ну так поделись с нами этим знанием, — с иронией произнес Лопухин, — а то лично мне ничего в голову не приходит. Старик Распутин — гранд, и, насколько я смог почувствовать, он сильнее любого из нас.
