Капучинка

— Что ты хотел? — все же нашла в себе силы, спросить Лика.

— Торопишься к своему котику? — с сарказмом произнес Игнат, а потом резко выдохнул, и уже без агрессии, добавил, — Черт, милая, я не то хотел сказать…."

"— Малика, — тихо поправила парня Лика, — Меня так зовут. Не милая, не зайка, не рыбка, не солнышко. Так меня назвали родители. А вот эти свои: милая, киса, рыба и прочий зоопарк, все эти сопли — к своим силиконовым барби.

— Нет больше барби, Капучинка, — тихо произнес Игнат совсем близко. Лика даже вздрогнула от неожиданности, — Нет и не будет.

Лика на секунду зажмурилась. Хочу. Вот так все просто.

— Вейрон ты тоже хотел, — тихо ответила Лика, — Хотел. Получил. Наигрался и забыл.

— Лик… — еще ближе раздался низкий с хрипотцой голос, кажется, даже кожу опалило дыханием.

— Игнат, я прекрасно знаю тебя, твои привычки и твой характер, — Лике стоило огромных усилий не повернуться к парню, а так и стоять, глядя невидящим взглядом на книжные переплеты, — И прекрасно знаю, что если ты решил, то будешь переть, как ледокол. Поэтому, чтобы не тратить твое время и мои нервы, у меня есть предложение.

— Заинтригован, — тихо, лаская голосом.

Лика буквально ощущала всей кожей близость парня. И на миг закрыла глаза. Слишком его много вдруг стало. А она в одночасье поняла, что не готова играть в его игры. И уже окончательно сдает позиции, теряя себя, готовая на все, лишь бы он был рядом, стоял, касался, окутывал теплом. В то же время хотелось ударить его, причинить боль, заставить страдать. И ненавидела себя за слабость.

— Трахнемся и отвалишь от меня, — тихо проговорила Лика, — Ты выберешь место, а я время.

В комнате воцарилась тишина. Лика прикрыла глаза, не имея сил ни уйти, ни остаться, разрываясь между желанием оказаться в его руках и убежать.

— Поняла, что сказала? — тихо прошептал Игнат.

— Чем я хуже твоих блондинок, брюнеток и рыжих? — спросила Лика, грустно улыбаясь, мысленно приравнивая себя к разряду силиконовых барби. Боже, как же сильно ей порой хотелось оказаться на их месте, в его постели. И ненавидела себя за это желание.

— Ты лучше, Капучинка, в миллион раз, — тихий вздох и рваный выдох прямо в затылок девушке, — В долбаный хреналион раз.

— Значит, ты согласен? — не уверенно спросила Лика.

— Ты вообще понимаешь смысл этого слова, Капучинка? — Лика почувствовала, как носом Игнат провел по ее плечу, легонько, едва ощутимо. Но от этого по телу промчалась сладкая дрожь. Но замер на впадинке у ключицы, и Лика поняла, что колени легонько подрагивают. Вот ведь Демоняка чертова!

— А что там непонятного? — хмыкнула Лика, наслаждаясь близостью парня.