Капучинка

Парня каким-то чудом не выгнали из института, но преподаватели закрывали глаза на его поведение, поскольку мальчишка был гением, его память была феноменальной. К тому же Царев-младший тяготел к медицине, несмотря на свое раздолбайство. Окончив институт одним из лучших, парень пошел в клинику к отцу. Сидел в обычном кабинете, валял дурака и прожигал жизнь. Разгульный образ жизни господин-мажор вел вплоть до незабываемого дня.

Это был день рождения Марфы Лешинской — девочки-ромашки, которая все детство хвостиком увивалась за ним.

Кир смотрел на девчонку снисходительно, поскольку разница в возрасте почти в десять лет не позволяла парню смотреть на Марфуту серьезно. Кир видел в глазах девчонки слепое обожание и по-свински упивался им. Внимание девочки ему льстило. На тот момент ей было семнадцать. Первая любовь, первое несмелое признание. Кир вспомнил, как она протянула ему какую-то газетенку, а там на последней странице ровными рядками стихи. Девочка написала их, посвятив Цареву-младшему. Кир тогда пренебрежительно хмыкнул.

— Прыгай в машину, детка, — задорно проговорил он, указывая на утробно рычащего зверя, — Велено доставить тебя в ресторан.

А я мимо пролетал.

Девочка послушно села, а Кир стремительно рванул с места.

Дорога вела из пригорода, где жили Лешинские, через автостраду в центр. Кир рисовался в тот день, выпендривался. А Марфа в испуге вцепилась руками в ремень безопасности.

— Господи, останови, пожалуйста! — просила девочка, а Кир только разгонялся все быстрее, показывая, что может выжать из движка на прямой мокрой от дождя трассе.

Быстрая езда с бесшабашным водителем за рулем прервалась в одно мгновение. Машину выбросила на встречную полосу, а потом и дальше, с моста вниз. Киру до сих пор иногда кажется, что Марфа кричит в его снах. Кричит так, что лопаются перепонки и заходится сердце. В тот день прежний Кир умер. Умер, унося с собой беззаботную улыбку и наплевательское отношение к жизни."

"Он чудом пришел в сознание, когда бензобак вспыхнул синим пламенем. Осмотревшись, парень увидел, как руки девочки безвольно висят вдоль тела.

Ремни не заело, дверь поддалась легко. И Кир умудрился вытащить девчонку наружу. А спустя мгновение раздался взрыв, выбивая окна и ставя окончательный жирный крест на существовании прожигателя жизни и пофигиста. Сидя с девчонкой на руках, Кир смотрел на пламя, чувствуя, как левую ногу скрутило адской болью. Он успел рассмотреть повреждения, прежде, чем подоспели машины 'скорой помощи'. И даже без рентгена парень понял — дело плохо. И казался прав.