Капучинка

А семья у него действительно оказалась классной. И чего она полгода пряталась от них? Спустя час общения с братьями-сестрами, тетками-дядьками и друзьями семьи, Дашка уже и не могла найти подходящего ответа на этот вопрос. И сидя около Матвея на уютном диванчике, крепко прижатая к боку парня, Дашка позволила себя посчитать частичкой их семьи.

— Они классные, — громко проговорила Дашка на ухо Матвею, глядя, как на танцполе выплясывает невысокая девушка в обнимку с высоким широкоплечим мулатом.

— А давай мы тоже, а, Даш? — вдруг предложил Матвей, обнимая Дарью и перетягивая ее на свои колени.

— Давай, — согласилась Дарья и попыталась встать на ноги. Но Матвей не пустил, удержав ее на месте.

— Я не про танцы, Даш, — хитро прищурился парень, и обхватив ладонью Дашкину голову, притянул ее еще ближе к своему лицу, — Давай поженимся?

— А? — подвисла девушка. И как-то вдруг стало тихо вокруг. Музыки не было, были только любимые карие глаза и полный обожания взгляд.

— Соглашайся, Дашка, — услышала девушка задорный голос Тимофея, но не мигая продолжала удивленно смотреть на любимого мужчину.

— Может быть скажешь что-нибудь? — вкрадчиво попросил Матвей, — Приму любой твой положительный ответ.

— Эээ… — выдала Дашка, все еще находясь в состоянии ступора.

— Ладно, Дашуль, — решил Матвей, — Так и быть, ты пока подумай.

И в следующую минуту вынул из кармана кольцо без коробки и надел на девичий пальчик изящное украшение.

— Скажешь, когда согласишься, — улыбался Матвей, поглаживая пальцами ободок дорогого украшения.

Дашка так и не отвисла, продолжая потерянно смотреть то на парня, то на кольцо, то на собравшихся родственников Матвея. А потом, вдруг стремительно прижавшись к груди парня, спрятала лицо, уткнувшись в вырез его рубашки и поняла, что плачет.

— Даш, ну ты чего? — бормотал Матвей, — Ну хочешь, выкину я это кольцо. Не плачь, солнышко. Ты мне всю душу рвешь.

— У меня никогда, — зашептала Дашка, — никогда не было ни семьи, ни друзей. А теперь есть ты. А я, как дура рыдаю. Прости меня, пожалуйста.

— Конечно прощу, родная моя, — улыбался Матвей, поглаживая плачущую девушку по затылку, — Если согласишься.

— Я люблю тебя, — вместо ответа произнесла Дашка и шмыгнула носом, — Прости, пожалуйста.

— Дурочка ты моя любимая, — мужские руки только крепче сжались на хрупких плечах.

— Так как? Поздравлять можно? — подал голос Тимоха со своего места.

— Угу, — шмыгнула носом Дашка, не вылезая из своего укрытия, — А ты будешь подружкой невесты?

— О как, — засмеялся Тима, — Спешу тебя расстроить. Есть у нашей семьи традиция, жениться за двадцать минут. И свидетели не требуются. Вот представь, час назад ты была незамужней дамой, а сейчас уже повязали по рукам и ногам.