Измену не прощают

Ключей с собой нет, поэтому стучу в дверь.

— Полечка! — охает сонная мама, глядя на меня всю мокрую и с размазанным по лицу макияжем. — Что случилось?

— Мам, он мне изменяет, — заявляю с порога и, рыдая, падаю в тёплые объятия матери.

— Кто? Станислав?

— Ну а кто еще!?

— Ох…

Мама тяжело вздыхает и тихо уводит меня на кухню, чтобы не разбудить папу. Там отпаивает меня горячим чаем и слушает мой сбивчивый рассказ. У меня нет секретов от матери, мы очень близки, поэтому рассказываю ей все: от положительного теста на беременность до жалких попыток Стаса что-то мне объяснить.

— Что мне теперь делать, мам? — реву белугой. — Как быть?

— Измену не прощают, — строго отрезает. — Ладно, вы бы были двадцать лет женаты и устали друг от друга. Но вы всего ничего вместе!

— То есть, через двадцать лет можно простить измену?

— И через двадцать нельзя. Но через двадцать хотя бы понятна причина измены. А сейчас что ему не так было? Зачем тогда замуж тебя звал? Кобелина…"

"— Я вот еще о чем думаю, мам. Кто-то специально написал мне об этом, чтобы я застукала Стаса.

Врагов у нашей со Стасом пары было предостаточно. Его бывшая все полгода бесится. Они со Стасом типа расстались друзьями, так вот она ему бесконечно по ночам названивала, пока я уже не поставила вопрос ребром: или прекращает общение с бывшей, или я собираюсь и ухожу. Стас выбрал меня и попросил бывшую стерву не звонить.

— Это меняет факт того, что он тебе изменил?

Мама, как всегда, не в бровь, а в глаз.

— Нет, — отвечаю, потупив взгляд и снова чувствую невыносимую боль в груди.

Родительница недовольно поджимает губы и отворачивается к заварнику, чтобы налить мне еще чаю.

— Мам, я беременна от него, — тихо произношу.

— Я это услышала. Пусть алименты платит.

— Мне от него ничего не нужно! — резко возражаю.

— А ребенка на какие шиши растить будешь? Ты подумала об этом?

Нет, не подумала. Руки снова опускаются к животу. Хоть я и окончила факультет международных экономических отношений МГИМО, а найти работу, которая бы соответствовала уровню моего образования, мне так и не удалось.

— Мы с отцом поможем тебе всем, чем можем, но ты должна понимать, что это твой ребенок. Тебе его растить, учить, поднимать на ноги. Так что пускай Станислав платит алименты. Ты ближайшие несколько лет работать не сможешь.

Мама ставит передо мной новую кружку чая с лимоном и мёдом и садится напротив. Я, не мигая, смотрю на поднимающийся над горячим напитком пар и думаю, как быть дальше.