3
0
Аделина вздрогнула, но ноги не сомкнула.
– Потереби соски! – и снова приказ выполнен без промедления.
Давид довольно хмыкнул. Несколько движений внутри. Шлепок свободной рукой по попе и одобряющее:
– Потекла… – он достал, обнюхал пальцы.
Лизнул, пробуя влагу на вкус, будто нельзя сделать то же в постели. Довольная улыбка. Непонятный возглас.
– Один в один! – и требование: – Встань на колени!
Она чуть замешкалась. Крепкие руки надавили на плечи. Адель оказалась лицом напротив вздыбившейся плоти.
Давид скинул халат, упершись крупной головкой в рот гостьи.
– Возьми его.
Она приоткрыла рот, осторожно обхватывая шелковистую плоть губами.
– Глубже!
Аделина подалась вперёд, втянув большой ствол, насколько могла.
– Это всё? – он притянул за затылок, удерживая её голову за волосы.
– Расслабь горло. Дыши носом. Заглоти его целиком.
Адель давилась плотью, не понимая, чего от неё хотят. Из глаз потекли слёзы. Она задыхалась.
Сергей любил минет, и всегда оставался доволен тем, как она его делала. Но Давиду явно не нравилось. В голове выстрелом: «Сука фригидная. Тебя там научат, как ублажать мужика». Похоже, пришло время уроков.
– Понятно, – он вытащил член. – Сегодня слишком устал. Завтра продолжим.
И подтолкнул её к прикроватной банкетке, вынуждая упереться руками. Коленом раздвинуты ноги. Никаких предварительных ласок. Он вошёл на всю глубину одним точным ударом.
Адель охнула. Член у нового мужа был гораздо больше, чем у прежнего.
Два глубоких качка и грубое:
– Помогай! Чего застыла?
Пришлось терпеть неудобство первое время. Ритмичные толчки. Шлепки тел. Она старательно подавалась навстречу, сжимала, уходила вперёд и снова надевалась на большую дубину, вбирая на всю длину.
Жаркая схватка молчаливых любовников.
Пальцы Давида легли на клитор, умело заиграли на кнопке блаженства, помогая приблизить оргазм.
Они кончали вместе.
Он с рычанием довольного льва.
Она скулила, впервые за долгое время не имитируя накрывшее с головой удовольствие. Вздрагивание в сладких спазмах. Жаркая волна от центра живота по венам, ярким взрывом в мозг. Эйфория невыносимо острых чувств…
Ноги подкосились сразу, как он вынул член. Будто держалась только на нём всё это время.
Давид подхватил её на руки и уложил в постель, так и не поцеловав ни разу.
Тонкое одеяло укутало обессиленное тело.
Адель моментально провалилась в сон, не имея сил сходить в душ.
Глава 4
Утро наступило слишком рано, как и положено летом. Ещё бы привыкнуть вставать в шесть часов.
Портьерные шторы распахнуты. Солнце било в лицо. Возглас:
– Вставай, соня, у нас пробежка.
Никакого тебе: «С добрым утром, любимая, или на крайний случай, дорогая».
Адель распахнула веки.
